Седые дети войны

Невыдуманные истории

11 апреля отмечается Международный день освобождения узников фашистских концлагерей, установленный ООН.  В нашей семье этот день имеет особое значение. В далеком 1943 году родные моей бабушки с семимесячным ребенком на руках (её старшей сестрой Валентиной) были угнаны фашистами в концлагерь.  За  колючей проволокой в Германии они находились  два года. Там же в концлагере «Эллер» в Дюссельдорфе родилась вторая сестра бабушки Александра.

Давно нет в живых моих прабабушки с прадедушкой, но их история жизни мне, моему брату, другим родственникам хорошо известна из рассказов бабушки Томы и непосредственных участников тех лет малолетних узников, сестер моей бабушки Валентины и Александры.

Всю свою жизнь малолетние узницы посвятили медицине, лечили людей. Александра Корсакова живет в Брянске, 45 лет трудилась в городской поликлинике, из них 20 лет старшей медицинской сестрой первого терапевтического отделения, сейчас на пенсии. Валентина Филатова – в Калуге. Сейчас возглавляет областную общественную организацию «Калужское отделение Союза бывших малолетних узников фашистских концлагерей». Она проводит большую патриотическую работу среди молодежи, активно сотрудничает с волонтерами, выступает на митингах.

Но мне нравится, когда большая родня (у бабушки четыре сестры, у каждой по двое детей и теперь у них свои дети…,то есть мы), собирается в Сухиничах и за самоваром начинают вспоминать, а мы, затаив дыхание, слушаем.

Такое можно увидеть только в кино

Рассказ моей бабушки Тамары Вдовенко:

– Отец мой, Николай Акифьев, участник финской войны, с первых дней начала Великой Отечественной войны ушел на фронт, но воевать ему пришлось недолго, попал в плен. Находился в концлагере под Брянском. Бежал. Был схвачен и переведен в другой лагерь более усиленного режима, откуда снова бежал, но на фронт не попал…. Отец очень не любил рассказывать об этом, его угнетало, что он попал в начале войны в плен и мы, его дети, как бы несли какую-то ответственность за его неудачно сложившуюся жизнь. Отец был замечательным человеком, честным, порядочным и перед семьей и перед всеми, кто его окружал. Вы­растил семерых детей, я самая младшая в семье. Несмотря на то, что  жизнь его была очень тяжелой, он никогда не ругал Советскую власть и нам, детям, говорил, что Советская власть дала народу много. При царе жилось простому люду намного хуже.

После второго побега (бежали они вдвоем) скрывались в Брянских лесах, оба солдата понимали, что, если их найдут немцы, то тут же на месте расстреляют.  Есть было нечего, начались морозы, они питались корой деревьев, съели свои кожаные ремни, и окончательно выбившись из сил, вышли на окраину деревушки. Здесь их пути разошлись, они решили стучаться в разные избы и, как сказал отец: «Больше Васятку я так и не видел».

Изможденному , продрогшему, в летней гимнастерке бойцу повезло, встретил хороших людей, моего деда Тимофея Нефедова, который рискуя своей жизнью, семьей, спрятал его на сеновале. Рыжеволосая красавица с тонкими чертами лица, длинными косами Настя (старшая дочка Тимофея Петровича) носила еду красноармейцу. И, несмотря на тяжелое военное время, молодость брала свое. Они полюбили друг друга. 7 января 1943 года родилась у них дочь Валентина.

Когда боец окреп, он не мог сидеть без дела. Спросил у хозяина, то есть у моего деда, не нужно ли ему в благодарность за то, что он его приютил свалять валенки. И, если есть шерсть, а колодки он сам соорудит, то через неделю будут у них новые валенки. Так и случилось, по деревне Настя прошлась в новых белых валенках. На деревне от людей не спрячешься, заказы посыпались один за другим, кусок хлеба и сала Николай стал зарабатывать сам. Это длилось пока, не нагрянули немцы, нашлись, кто указал на незнакомого «родственника» у Нефедовых. И Николая вновь забрали в плен.

 В августе 1943 года мать, с грудным ребенком и всю её семью тоже угнали в Германию вместе с другими жителями деревни. Поместили в концлагерь «Эллер». Лагерь находился за колючей проволокой, охранялся круглосуточно. Жили в бараках, работать военнопленных вывозили за пределы лагеря. Мама не выезжала, ей с грудным ребенком велено было присматривать за маленькими детьми пленных.

В один весенний мартовский день, когда она гуляла с детьми на прогулке, за колючей проволокой шли наши русские военнопленные, и среди них она увидела Николая. Вот так, волею судьбы, они встретились вновь и уже больше никогда не расставались. Вторая дочь Александра родилась в ноябре 1944 года в городе Дюссельдорфе за колючей проволокой. После освобождения из лагеря вся семья вернулась в Калужскую область. Но каким долгим был этот путь.

Святая  Богородица защитила

( рассказ малолетней узницы Валентины Филатовой)

– В мае 1945 года (со слов родителей), нас освободили американские войска. Бомбили со всех сторон ежедневно так, казалось, земля с минуты на минуту раско­лется, в небе стоял жуткий гул от самолетов. Мать с отцом попали в самое пекло бомбежки, легли на землю ничком, и вдруг в этот момент, как по­казалось маме, она увидела на небе в красном зареве лик Богородицы. Когда  немного утихло, они с отцом обна­ружили, что вокруг них «живого» места нет, всё изрыто снарядами, а они остались целы, вот, подиж ты, после этого не поверь в ангела — хранителя.

Бабушка Василиса

Еще во время очередной бомбежки мать схватила младшую Шуру, а меня — бабушка Василиса и побежали в бом­боубежище, когда грохот от разрыва бомб немного утих, мама обнаружила, что ребенка она держит нога­ми вверх, головой вниз.

Интересный случай произошел с отцом. Когда пленных и его, в том числе, привезли в Германию, выгрузили из вагонов, заставили строиться в шеренгу, отец не мог выпрямиться, ходил, согнув­шись, так как сорвал спину. К нему сзади подошел немец, и отец уже мысленно простился с жизнью, как тот ловко схватил его за руки и рывком положил себе на спину. В позвоночнике у отца что-то щелкнуло и, когда немец его опустил на землю, отец смог выпрямить спину. Это ли не судьба — немец вылечил.

Говорят, что с годами к человеку вновь приходит детство: казалось, многое забылось, стерлось, но потом по каким-то неясным законам психи­ки реальные события детских лет всплывают в представлении так четко, ясно и правдиво, словно на киноэкране прокручивается заново твоя жизнь.

Из рассказов мамы знаю, что я в концлагере едва не умерла, поскольку заболела эпидемическим паротитом, в простона­родье «свинкой». На шее был большой абсцесс, и уже мама меня похоронила, ждала со дня на день, когда все кончится, настолько я была слаба, но судьба есть у каждого человека, я начала поправляться. Абсцесс вскрылся, и вот я жива, на память остался шрам.  

После победы в СССР вернулось около двух миллионов советских воинов, побывавших в плену. Всю массу этих людей направили в специальные лагеря, где сотрудники НКВД выясняли степень виновности каждого бывшего пленного. Главной задачей было выявление лиц, сотрудничавших с немцами. В специальный лагерь, в Беларуссию, был направлен и наш отец. Мать решила разделить с ним эту горькую участь, оставив меня и маленькую Шуру с бабушкой Василисой и дедом Тимофеем.

Мне шел 4-й год. Мы с бабушкой лежали в саду под яблоней, она пыталась меня уложить спать. А я очень хотела есть, плачу и прошу у бабушки хлеба. Она по­сылает меня к соседям и говорит: «Сходи, может, кто-то сжалится, дадут кусок хлеба». И я пошла по домам. В первом доме не дали, я это отлично помню. В другом  тоже отказали и, наконец, в третьем доме мне дают ломоть хлеба, ко­торый и хлебом-то назвать страшно, он черный, клей­кий, липнет к зубам. С какой радостью я бежала к бабушке и кричала: «Бабушка, мне дали, дали». А хлеб был очень вкусный, и съела я его очень быстро. Этот момент в своей жизни я хорошо запомнила, хотя и была ребенком.

Дети войны

(Рассказ 3 малолетней узницы Александры Корсаковой)

– Мы, дети войны, рано стали взрос­лыми, война отложила свой отпечаток. Я  росла болезненным ребенком, пришлось пережить послевоенную разруху и голод. Нам  постоянно хотелось есть. Да это и понятно, разве будешь сыт супом из лебеды и крапивы да драниками из мороженой картошки? Очень хорошо помню, как летом 1953, мы с мамой и другой женщиной и несколькими деть­ми пошли в лес за ягодами. Вдруг на небе услышали гул и увидели три летящих самолета. Наша мать по­бледнела «как мел», схватила нас с Валей и заставила лечь на землю ничком вниз, когда я спросила у нее, зачем она это сделала? (Самолеты уже улетели, и мы подня­лись с земли). Мама со слезами в голосе сказала: «А вдруг опять бомбить будут?», и отлично помню, что мы засмея­лись, а сейчас, вспоминая этот эпизод, хочется самой пла­кать.

После войны люди жили очень тяжело и все-таки благодаря Советской власти мы выучились и ста­ли чувствовать себя людьми, хотя и тогда было не все просто. Помню  нега­тивное отношение к себе учителей в начальной школе и некоторых взрос­лых: «Их отец был в плену…».  Ну чем виноват был человек, которого угнали? Что можно было сделать против той фашистской силы? Неужели лучше, если бы он пустил себе пулю в лоб?

Папа прожил долгую жизнь, не до­жил до девяноста годов 2,5 месяца, дал стране семерых детей, которые преданно и честно трудились на благо страны. Но умер он не­удовлетворенным. Он так и не был признан бойцом Со­ветской Армии из-за плена, и это его очень угнетало.

Такие воспоминания есть у каждого дитя войны. В 2005 году нас с сестрой Валей пригласили посетить Германию. Мы побывали в Дюссельдорфе, в лагере, где я родилась. Удивило, что и во время войны немцы педантично скрупулезно вели документацию. В лагере, в журнале тех страшных лет я обнаружила запись о своем рождении — 18 ноября 1944 года, время с точностью до минут и имя акушерки немки, принимавшей роды.

Собираясь вместе, нас осталось пять сестер, два брата умерли, мы вспоминаем те годы потому, чтобы наши дети, внуки и правнуки могли сравнить свою жизнь и нашу. Я хочу, чтобы никогда не было войны, чтобы люди не испытывали всего того кошмара, что испытали наши родители, а также и мы, малолетние узники. Забыть это просто невозможно.

Мы помним!

11 апреля 2019 года я со своими одноклассниками из школы № 15 г. Калуга, побывала на митинге, посвященном памяти малолетних узников, который проходит ежегодно на площади Победы. Сюда нас пригласила бабушкина сестра Валентина Филатова. Убеленные сединой пожилые люди выступали со своими воспоминаниями и призывали нас, молодежь, помнить, какой ценой завоевано наше счастливое детство. На гранитную плиту мы положили красные гвоздики и мысленно произнесли: «Мы будем помнить!».

Как хотелось побывать на таком мероприятии в этом юбилейном 75-м году со дня Победы, но короновирус не дал такой возможности. Может быть, что-то в мире делается не так и нам, детям ХХI века, дается тоже испытание, чтобы мы задумались, как жить на планете Земля?

Маргарита Дорожкова,
г.Калуга

Другие статьи по теме:

Герой России Бадма Жабон

Отступая под натиском превосходящих сил врага наш, земляк принял участие в ряде страшных боев, при этом не раз успел отличиться. Несколько эпизодов, со слов Бадмы Жаповича в телевизионной программе упоминает краевед Содбо Максарович Ешисамбуев.

Читать далее...

Зоя справа, Валя слева

Счеты с жизнью не свелись Моего отца Саитова Ивана Игнатьевича, 1907 года рождения, призвали на фронт в первые дни войны и отправили на Урал, где формировалась 379 стрелковая дивизия. Младший лейтенант Саитов участвовал в боях под Москвой, летом и осенью 1942 года принимал участие в боях за Ржев. В конце 1942 года раненых бойцов отправили…

Читать далее...

Маршрут особого назначения

Поклонная гора (Москва) – комплекс «Партизанская поляна» и мемориал «Хацунь» (Брянская область) –  поселок Красный берег – Гомель (Беларусь). Таковы дороги, по которым недавно проследовали участники памятной акции – бывшие несовершеннолетние узники нацизма из Москвы, Подмосковья, а также ветераны армии и правоохранительных органов.

Читать далее...

Выжила в Освенциме

Татьяна Николаевна Исмаилова, малолетняя узница фашизма, живёт на одном их хуторов Воронежской области. Сегодня, в день 75-летия Победы — она счастлива!

Читать далее...

Музыкальные вечера в Дахау — Василий Лифинский

Моему отцу и его боевым товарищам, погибшим и выжившим.
Мы всё помним, никто не забыт и
ничто не забыто. Простите нас,
что не уберегли ваши памятники
в освобожденной вами Европе, пропитанной вашей кровью и удобренной пеплом ваших тел, сожженных
в печах концлагерей…

Читать далее...