Седые дети войны

Невыдуманные истории

11 апреля отмечается Международный день освобождения узников фашистских концлагерей, установленный ООН.  В нашей семье этот день имеет особое значение. В далеком 1943 году родные моей бабушки с семимесячным ребенком на руках (её старшей сестрой Валентиной) были угнаны фашистами в концлагерь.  За  колючей проволокой в Германии они находились  два года. Там же в концлагере «Эллер» в Дюссельдорфе родилась вторая сестра бабушки Александра.

Давно нет в живых моих прабабушки с прадедушкой, но их история жизни мне, моему брату, другим родственникам хорошо известна из рассказов бабушки Томы и непосредственных участников тех лет малолетних узников, сестер моей бабушки Валентины и Александры.

Всю свою жизнь малолетние узницы посвятили медицине, лечили людей. Александра Корсакова живет в Брянске, 45 лет трудилась в городской поликлинике, из них 20 лет старшей медицинской сестрой первого терапевтического отделения, сейчас на пенсии. Валентина Филатова – в Калуге. Сейчас возглавляет областную общественную организацию «Калужское отделение Союза бывших малолетних узников фашистских концлагерей». Она проводит большую патриотическую работу среди молодежи, активно сотрудничает с волонтерами, выступает на митингах.

Но мне нравится, когда большая родня (у бабушки четыре сестры, у каждой по двое детей и теперь у них свои дети…,то есть мы), собирается в Сухиничах и за самоваром начинают вспоминать, а мы, затаив дыхание, слушаем.

Такое можно увидеть только в кино

Рассказ моей бабушки Тамары Вдовенко:

– Отец мой, Николай Акифьев, участник финской войны, с первых дней начала Великой Отечественной войны ушел на фронт, но воевать ему пришлось недолго, попал в плен. Находился в концлагере под Брянском. Бежал. Был схвачен и переведен в другой лагерь более усиленного режима, откуда снова бежал, но на фронт не попал…. Отец очень не любил рассказывать об этом, его угнетало, что он попал в начале войны в плен и мы, его дети, как бы несли какую-то ответственность за его неудачно сложившуюся жизнь. Отец был замечательным человеком, честным, порядочным и перед семьей и перед всеми, кто его окружал. Вы­растил семерых детей, я самая младшая в семье. Несмотря на то, что  жизнь его была очень тяжелой, он никогда не ругал Советскую власть и нам, детям, говорил, что Советская власть дала народу много. При царе жилось простому люду намного хуже.

После второго побега (бежали они вдвоем) скрывались в Брянских лесах, оба солдата понимали, что, если их найдут немцы, то тут же на месте расстреляют.  Есть было нечего, начались морозы, они питались корой деревьев, съели свои кожаные ремни, и окончательно выбившись из сил, вышли на окраину деревушки. Здесь их пути разошлись, они решили стучаться в разные избы и, как сказал отец: «Больше Васятку я так и не видел».

Изможденному , продрогшему, в летней гимнастерке бойцу повезло, встретил хороших людей, моего деда Тимофея Нефедова, который рискуя своей жизнью, семьей, спрятал его на сеновале. Рыжеволосая красавица с тонкими чертами лица, длинными косами Настя (старшая дочка Тимофея Петровича) носила еду красноармейцу. И, несмотря на тяжелое военное время, молодость брала свое. Они полюбили друг друга. 7 января 1943 года родилась у них дочь Валентина.

Когда боец окреп, он не мог сидеть без дела. Спросил у хозяина, то есть у моего деда, не нужно ли ему в благодарность за то, что он его приютил свалять валенки. И, если есть шерсть, а колодки он сам соорудит, то через неделю будут у них новые валенки. Так и случилось, по деревне Настя прошлась в новых белых валенках. На деревне от людей не спрячешься, заказы посыпались один за другим, кусок хлеба и сала Николай стал зарабатывать сам. Это длилось пока, не нагрянули немцы, нашлись, кто указал на незнакомого «родственника» у Нефедовых. И Николая вновь забрали в плен.

 В августе 1943 года мать, с грудным ребенком и всю её семью тоже угнали в Германию вместе с другими жителями деревни. Поместили в концлагерь «Эллер». Лагерь находился за колючей проволокой, охранялся круглосуточно. Жили в бараках, работать военнопленных вывозили за пределы лагеря. Мама не выезжала, ей с грудным ребенком велено было присматривать за маленькими детьми пленных.

В один весенний мартовский день, когда она гуляла с детьми на прогулке, за колючей проволокой шли наши русские военнопленные, и среди них она увидела Николая. Вот так, волею судьбы, они встретились вновь и уже больше никогда не расставались. Вторая дочь Александра родилась в ноябре 1944 года в городе Дюссельдорфе за колючей проволокой. После освобождения из лагеря вся семья вернулась в Калужскую область. Но каким долгим был этот путь.

Святая  Богородица защитила

( рассказ малолетней узницы Валентины Филатовой)

– В мае 1945 года (со слов родителей), нас освободили американские войска. Бомбили со всех сторон ежедневно так, казалось, земля с минуты на минуту раско­лется, в небе стоял жуткий гул от самолетов. Мать с отцом попали в самое пекло бомбежки, легли на землю ничком, и вдруг в этот момент, как по­казалось маме, она увидела на небе в красном зареве лик Богородицы. Когда  немного утихло, они с отцом обна­ружили, что вокруг них «живого» места нет, всё изрыто снарядами, а они остались целы, вот, подиж ты, после этого не поверь в ангела — хранителя.

Бабушка Василиса

Еще во время очередной бомбежки мать схватила младшую Шуру, а меня — бабушка Василиса и побежали в бом­боубежище, когда грохот от разрыва бомб немного утих, мама обнаружила, что ребенка она держит нога­ми вверх, головой вниз.

Интересный случай произошел с отцом. Когда пленных и его, в том числе, привезли в Германию, выгрузили из вагонов, заставили строиться в шеренгу, отец не мог выпрямиться, ходил, согнув­шись, так как сорвал спину. К нему сзади подошел немец, и отец уже мысленно простился с жизнью, как тот ловко схватил его за руки и рывком положил себе на спину. В позвоночнике у отца что-то щелкнуло и, когда немец его опустил на землю, отец смог выпрямить спину. Это ли не судьба — немец вылечил.

Говорят, что с годами к человеку вновь приходит детство: казалось, многое забылось, стерлось, но потом по каким-то неясным законам психи­ки реальные события детских лет всплывают в представлении так четко, ясно и правдиво, словно на киноэкране прокручивается заново твоя жизнь.

Из рассказов мамы знаю, что я в концлагере едва не умерла, поскольку заболела эпидемическим паротитом, в простона­родье «свинкой». На шее был большой абсцесс, и уже мама меня похоронила, ждала со дня на день, когда все кончится, настолько я была слаба, но судьба есть у каждого человека, я начала поправляться. Абсцесс вскрылся, и вот я жива, на память остался шрам.  

После победы в СССР вернулось около двух миллионов советских воинов, побывавших в плену. Всю массу этих людей направили в специальные лагеря, где сотрудники НКВД выясняли степень виновности каждого бывшего пленного. Главной задачей было выявление лиц, сотрудничавших с немцами. В специальный лагерь, в Беларуссию, был направлен и наш отец. Мать решила разделить с ним эту горькую участь, оставив меня и маленькую Шуру с бабушкой Василисой и дедом Тимофеем.

Мне шел 4-й год. Мы с бабушкой лежали в саду под яблоней, она пыталась меня уложить спать. А я очень хотела есть, плачу и прошу у бабушки хлеба. Она по­сылает меня к соседям и говорит: «Сходи, может, кто-то сжалится, дадут кусок хлеба». И я пошла по домам. В первом доме не дали, я это отлично помню. В другом  тоже отказали и, наконец, в третьем доме мне дают ломоть хлеба, ко­торый и хлебом-то назвать страшно, он черный, клей­кий, липнет к зубам. С какой радостью я бежала к бабушке и кричала: «Бабушка, мне дали, дали». А хлеб был очень вкусный, и съела я его очень быстро. Этот момент в своей жизни я хорошо запомнила, хотя и была ребенком.

Дети войны

(Рассказ 3 малолетней узницы Александры Корсаковой)

– Мы, дети войны, рано стали взрос­лыми, война отложила свой отпечаток. Я  росла болезненным ребенком, пришлось пережить послевоенную разруху и голод. Нам  постоянно хотелось есть. Да это и понятно, разве будешь сыт супом из лебеды и крапивы да драниками из мороженой картошки? Очень хорошо помню, как летом 1953, мы с мамой и другой женщиной и несколькими деть­ми пошли в лес за ягодами. Вдруг на небе услышали гул и увидели три летящих самолета. Наша мать по­бледнела «как мел», схватила нас с Валей и заставила лечь на землю ничком вниз, когда я спросила у нее, зачем она это сделала? (Самолеты уже улетели, и мы подня­лись с земли). Мама со слезами в голосе сказала: «А вдруг опять бомбить будут?», и отлично помню, что мы засмея­лись, а сейчас, вспоминая этот эпизод, хочется самой пла­кать.

После войны люди жили очень тяжело и все-таки благодаря Советской власти мы выучились и ста­ли чувствовать себя людьми, хотя и тогда было не все просто. Помню  нега­тивное отношение к себе учителей в начальной школе и некоторых взрос­лых: «Их отец был в плену…».  Ну чем виноват был человек, которого угнали? Что можно было сделать против той фашистской силы? Неужели лучше, если бы он пустил себе пулю в лоб?

Папа прожил долгую жизнь, не до­жил до девяноста годов 2,5 месяца, дал стране семерых детей, которые преданно и честно трудились на благо страны. Но умер он не­удовлетворенным. Он так и не был признан бойцом Со­ветской Армии из-за плена, и это его очень угнетало.

Такие воспоминания есть у каждого дитя войны. В 2005 году нас с сестрой Валей пригласили посетить Германию. Мы побывали в Дюссельдорфе, в лагере, где я родилась. Удивило, что и во время войны немцы педантично скрупулезно вели документацию. В лагере, в журнале тех страшных лет я обнаружила запись о своем рождении — 18 ноября 1944 года, время с точностью до минут и имя акушерки немки, принимавшей роды.

Собираясь вместе, нас осталось пять сестер, два брата умерли, мы вспоминаем те годы потому, чтобы наши дети, внуки и правнуки могли сравнить свою жизнь и нашу. Я хочу, чтобы никогда не было войны, чтобы люди не испытывали всего того кошмара, что испытали наши родители, а также и мы, малолетние узники. Забыть это просто невозможно.

Мы помним!

11 апреля 2019 года я со своими одноклассниками из школы № 15 г. Калуга, побывала на митинге, посвященном памяти малолетних узников, который проходит ежегодно на площади Победы. Сюда нас пригласила бабушкина сестра Валентина Филатова. Убеленные сединой пожилые люди выступали со своими воспоминаниями и призывали нас, молодежь, помнить, какой ценой завоевано наше счастливое детство. На гранитную плиту мы положили красные гвоздики и мысленно произнесли: «Мы будем помнить!».

Как хотелось побывать на таком мероприятии в этом юбилейном 75-м году со дня Победы, но короновирус не дал такой возможности. Может быть, что-то в мире делается не так и нам, детям ХХI века, дается тоже испытание, чтобы мы задумались, как жить на планете Земля?

Маргарита Дорожкова,
г.Калуга

Другие статьи по теме:

Дети войны — детям мира №1

Мой дед по отцу Степан Николаевич Дорогов воевал в 1914 году с немцами, попал в плен и был в Австрии. В его семье было 6 человек детей. Семья занималась сельским хозяйством, наёмных работников не было, но когда была коллективизация, то нашу семью признали кулаками. Моего отца и деда арестовали и сослали в Архангельск, несколько лет они там прожили. Мой дед Степан Николаевич вернулся в родную деревню, он был грамотный и стал впоследствии председателем сельсовета.

Читать далее...

Проклятая война

..Будем помнить её всегда.
Лишила детства нас она.
Главное, чтобы не повторилась никогда…

Читать далее...

ОБРЕЧЕННЫЕ ПОБЕДИЛИ СМЕРТЬ

Печальная весть пришла из Израиля. Не стало Сергея Сушона — заместителя председателя Всеизраильской Ассоциации «Уцелевшие в концлагерях и гетто», бывшего узника гетто Ахмечетка, Доманевка Одесской области. Мы познакомились в Южно-Сахалинске в апреле 2009 года, в дни, когда проходила международная конференция «Вторая мировая война глазами детей — бывших узников фашистских концлагерей». В перерывах между пленарными заседаниями…

Читать далее...

Справедливость вопиет из могил — раунд 7

Лишь чувство определенного облегчения (16-17декабря 1999 г., Берлин)

Читать далее...

Непокорённая

24-28 января 2020г. Ольхова Ксения Максимовна и Туровская Лидия Максимовна — узники к/л «Аушвиц» Освенцим снова приглашены польской стороной в Освенцим на мероприятие, посвященное 75 годовщине освобождения концлагеря.

Читать далее...