Свои, которые не предали

О чём напомнила фотография

Бывшая узница сдает экстерном экзамены за 8-10 классы, поступает, а в 1953 году заканчивает Ростовский машиностроительный институт. Затем – работа в Москве главным конструктором завода пищевого машиностроения, признание сослуживцев, правительственные и общественные награды… Трагическая правда жизненной судьбы Л.П.Компанищенко состоит в том, что будучи пылинкой в огненном вихре мироздания, именуемого войной, она, как щепка, не исчезла в смывном потоке истории, а чудом вынеслась в океан жизни, в водоворот благостного созидания, любви ко всему живущему, сочувствия к ближнему.

Горькие отметины былых страданий не способны затмить радостей жизни и ее проявлений. Летят годы, одолевают болезни, тяжкие воспоминания о прошлом не дают покоя. Но нельзя стареть, нельзя уносить с собой в небытие крупицы очень важной информации о «прелестях» национал-социалистских преследований и геноцида, о трагизме минувшего века и грозных, роковых очертаниях века нового.

Родина моя, пойми,
Как тяжело жить от тебя вдали.
Птица сизокрылая, как ты вольна –
Вот и полетела в мои родные края.

Птица вольная, ты на лету
Вонзись клювом в грудь мою,
Разорви ее ты до конца,
Выпадет из нее моя душа.

Возьми ее на сизых два крыла,
Неси туда, где Родина моя.
Развей ее ты по донским степям,
По зрелым и дурманящим лугам.

Пусть узнают отчие поля,
Как кричала здесь душа моя,
Как страдала и томилась я,
Как здесь били и калечили меня.

Ветер пусть в степи мой крик несет,
Чтоб услышал весь родной народ,
Сколько здесь твоих детей живет!
Многие уже взошли на эшафот.

А взамен моей измученной души,
Птица вольная, мне принеси
Из родных степей моих сюда
Стебелек донского ковыля.

Я его слезами оболью
И к истерзанной груди прижму,
И повеют на меня тогда
Запахом душистые луга.

Здесь найду погибель для себя,
Но когда закрою я глаза,
То на холмик положите мне, друзья,
Стебелек донского ковыля.

«Эти стихи – из книги воспоминаний и творчества москвичей – жертв нацизма «Знак судьбы», презентация которой состоялась в столичной школе № 1094 недавно, из очерка «Никогда не прощу нацистам…». Его автор – Лариса Петровна Компанищенко, которую мы можем видеть на снимке – в кругу товарищей». – Сообщал в «Судьбу» Николай Николаевич Дорожинский, председатель РСБМУ в феврале 2003 года. Тогда же появилась в газете и эта фотография.

Характер неравнодушных

Будучи тяжело больным человеком, Лариса Петровна крепко держала бразды правления в организации, не уступая более цепким и крепким, не отходила от дел и забот, и до последних дней до последнего вздоха возглавляла организацию узников. Компанищенко отличала исключительная совестливость. На неё не влияла, не затягивала рутина управляемого поведения, суета будней. Лариса Петровна не любила заседаний, избегала трибунных выступлений, никого не поучала, не поругивала ни прямо, ни за глаза. Держалась, по обыкновению, подальше от начальства, чуралась теле- и фотокамер. Она исповедовала одну-единственную религию – творение добрых дел.

Своей сердечностью и непосредственной простотой она поднимала, зажигала людей, заботилась о престарелых, одиноких, обо всех, кто нуждался в её душевном слове, безотлагательной помощи, непоказном общении. Вот одна из историй.

Прочитав в газете о судьбе солдата, раненого в Чечне, она залилась слезами…

Дима Лахин до армии считался самым завидным женихом в Кубанской станице Дмитриевская. У веселого, работящего парня не было отбоя от девчат. Но сегодня Диме уже никогда не сплясать на свадьбе: ни на своей, ни на чужой. Он прослужил Отечеству почти пять месяцев. И всего три дня – на второй чеченской войне, откуда вернулся с ампутированными ногами. Как говорят медики, обрезанными под самый «корешок». Пуля террориста пробила 22-летнему парню грудь ниже нательного крестика. Бюрократическая машина тянет с признанием парня солдатом, пострадавшим на войне. История «признанья» длится уже более двух лет.

…Уже находясь в госпитале, Дима Лахин даже не подозревал, что в «родном» полку даже не знали, что он не погиб, а выжил, и находится на лечении в Санкт-Петербурге без единого документа. В его девственно чистом военном билете больше двух лет не было записи об участии в боевых действиях. А это значит, что солдат на войне не был. И вражеский снайпер в него не стрелял. Только после вмешательства военной прокуратуры Диму восстановили в «боевых правах» и выплатили часть фронтового вознаграждения. В раненом Диме еле теплилась жизнь: автоматная пуля вышибла Димке 9-й позвонок, почти разорвав спинной мозг. Врачи «заштопали» рану, удалив 7 сантиметров. Операции шли одна за другой в течение восьми месяцев. Все это время Лахин лежал на животе – ел, спал, читал. На спину его перевернули только тогда, когда «отремонтировали» позвоночник, стянув его металлическими штырями. Выписавшись из госпиталя, Дима Лахин по родной станице ездит на «Мерседесе» для инвалидов – немецкой коляске с электродвигателем, которую ему подарил незнакомый бизнесмен из Калининграда. «Топлива» – мощного аккумулятора хватает на неделю. Так что Димка гоняет к друзьям и знакомым, отрываясь от бабушкиного дома, где он живёт, на несколько километров, выписывая лихие повороты на сельских улицах. За военную службы Отечеству Диме назначили 1700 рублей в месяц. Это в пять раз больше, чем получают его земляки в колхозе. Он чувствует себя почти «миллионером» и даже иногда дает местным мужикам в долг на бутылку. Только станичники не догадываются, что этих денег Димке едва хватает на лекарства, мази от пролежней, катетеры и скромный набор продуктов. До недавних пор сестре Димы Людмиле государство выплачивало небольшие деньги, без права работы в другом месте. Правда, недавно ее «повысили», назначив социальным работником – сиделкой с хоть тоже мизерным, но твёрдым окладом. Скромная пенсия бабушки Вали почти целиком уходит на коммунальные услуги. От нищеты Лахиных спасает нехитрое хозяйство. Так что они кормят себя сами. Бабушка Валя очень гордится своим огородом. На 45 сотках растут картошка, помидоры… Пожилая женщина, почти старушка, «пашет» на огороде с утра до вечера, заменяя руками и трактор, и культиватор.

Судьба Димы Лахина взволновала Л.П.Компанищенко. Задела за живое и подруг, товарищей по организации. Перезвонившись друг с другом по телефону, женщины решили, что коль они узнали об этой истории, то мир теперь не без добрых людей…

Жить — значит благо творить

Из письма Л.П. Компанищенко в газету «Судьба»: «Наша организация решила оказать Диме помощь. Мы, бывшие узники собрали деньги 5000 рублей и обратились к спонсорам. 2 тысячи рублей отослали Диме, на 2 тысячи купили лекарств и собрали 12 посылок, всего весом 75 килограммов. Что в посылках? 15 штук пальто и жакетов новых, модных для них троих (для Димы, бабушки и сестры) и для расплаты за вспашку плугом огорода. Также в посылках 7 пар обуви, различная новая одежда и постельное белье, памперсы — 40 шт., салфетки подстилающиеся, противопролежный матрасик за 6000 рублей. Приобрели кресло-туалет с колесиками за 6000 рублей. Отправили также 10 книг – детективов, 10 плиток шоколада.

Также мы обратились с письмом к Президенту Российской Федерации с огромной просьбой: дать распоряжения соответствующим службам:

1. Позвонить Губернатору Краснодарского края с требованием определить Диму Лахина в госпиталь Краснодара для лечения раны и пролежней позвоночника, а также обеспечить бесплатной путевкой в санаторий Пятигорска на серные ванны, и путевкой сопровождающего лица.

2. Обязать начальника Курского вокзала своевременно и бесплатно доставить собранных нами 12 посылок на станцию «Кавказская» Краснодарского края для их получения бабушкой Димы – Поповой Валентиной Ивановной.

3. По возможности рассмотреть о предоставлении Диме персональной пенсии за его искалеченную жизнь и непрерывные его страдания во имя нашей Родины и за всех нас.

 4. Просим Ваше решение сообщить по телефону мне – Компанищенко Л.П.»

Из письма Л.П. Компанищенко в газету «Судьба»

«Недавно узнала радостную весть, Диме Лахину дали машину «Ока», выделили бесплатно и его кладут в госпиталь».

«Есть у него отец…»

И, наконец, прочтём письма бабушки Димы – Валентины Ивановны Поповой.

«Москва. Компанищенко Л.П. Здравствуйте. Лариса Петровна! Пишут Вам Валентина Ивановна и Дима. Письмо Ваше получили и даем ответ. Большое спасибо за ваше соболезнование. Вы хотите передать нам вещи, это можно с проводниками, от железной дороги – недалеко и наша станция «Кавказская» узловая на все концы. На город Кропоткин вы можете передать, а я выйду и возьму, только записку напишите, что для Димы, даже есть проводники с Кропоткина, а нам позвоните по телефону, у нас есть. Есть у нас и почта и банк, ведь у нас станция очень большая, больница есть, сельский совет, колхоз большой, школа, одиннадцать классов кончают 300 человек. Лариса, не надо продуктов, лучше пеленок одноразовых штук 60-80 передайте… Вот это для него подарок, ведь их часто меняем, пролежни текут и днем и ночью».

«…Лариса, вы пишете про гармонь, во-первых у Димы нет слуха, а во-вторых как он ее будет держать, ведь он на кровати лежит, а когда встает, держится за трубы, которые ему поставили, а сам он не может даже сидеть, так и в коляске пристегивается, он же сидит на пластинках. Большое спасибо за чуткость вашу. Лариса, он сейчас оканчивает 10-11-й классы вечерней школы, а на следующий год будет поступать в институт, его примут заочно, бесплатно, и будут давать уроки по почте и приезжать будут до него с г. Шахты».

«Лариса, можете звонить Диме, он всегда у нас на проводе. Ведь нам некогда – огород… Огород 200 метров длина и 26 метров ширина, вот и гребем это все. Конечно, я думала, отслужится Дима, будет мне помощь, но не вышло… но ничего, он же живой! Будем бороться, насколько сил хватит у нас. Лариса, нам предлагали отдать его в дом инвалидов, но как это можно, ведь мы живы и никуда мы его не отдадим, ведь когда умерла мать, ему было 8 лет, а Людочке, сестричке его, – 10. Вот я с ними билась и бьюсь. Дочь умерла в 1989 году, а муж – в 1991… И я осталась одна, у меня дом и после дочери дом — для детей. Вот я всеми силами все сберегла им и они сейчас живут в материнском уголке, провела газ, везде тепло. Баня есть, где Диму купать, а если бы я не сделала тогда для них все это, то сейчас мы не провели бы. Есть у него отец, в Кропоткине, но до Димы не ездит и даже не звонит. Вот какой папа, Дима то ждал, а сейчас говорит: «Пусть, баба, не ездит…» Лариса Петровна, обидно, что сына такого не желает ни проведать, ни спросить, как вы дети живете, ведь он их бросил, Диме было 1 год, а сейчас хочет, чтобы наследство ему досталось. Дима говорит, если с тобой что случится, я с Людой буду. Ведь у них материно наследство пополам, я сделала, но Дима все подписал в пользу Люды, а папа рвет и мечет, что так сделали. Лариса, Диме бывает плохо, но он такой терпеливый, никогда не скажет мне, а я вижу. Вот сколько ему Бог отпустил жизни – мы будем с ним, мы его никому не отдадим. Много он перенес, одних операций было 11, а у него позвоночник, и был на том свете… Лариса, описать все – это очень много, даже и не помнишь, что было до ранения. Да и что писать? Ну, до свидания. Целуем всех вас. Посылать с проводниками так: «станция Кавказская, г. Кропоткин». Постарайтесь отправлять на поезде, чтобы его прибытие было не очень поздно ночью. Ведь много поездов проходят через нашу станцию. Повторяю: наш телефон … До свидания».

«Свидятся ли когда-нибудь Валентина Ивановна Попова и ее внук Дима Лахин с Ларисой Петровной Компанищенко? Кто знает?» – Спрашивала тогда газета «Судьба», выражая благодарность Н.Н. Дорожинскому за удивительную историю.

Прошло 17 лет. Давно покинул нас Дорожинский. Нет с нами и Компанищенко. Неумолимая смерть вырвала из наших рядов ещё нескольких замечательных активистов, что запечатлены на групповой фотографии. Но, к счастью многие ещё живы!

Правда, и они сегодня уже не те, что были в 90-е годы, когда зародилось наше движение. Сегодня средний возраст активистов – 82 года. Но несмотря на почтенный возраст, на различные недомогания, они помогают государству осуществлять социальные программы и меры поддержки людей, попавших в трудную жизненную ситуацию, участвуют в создании мемориалов, установке памятных знаков, посвящённых событиям войны, издают книги воспоминаний. Ветераны встречаются с молодёжью, участвуют в создании школьных музеев, поддерживают друг друга, оставаясь честными, старательными тружениками.

По материалам газеты «Судьба»

Москва. 2004 — 2020 гг.

Другие статьи по теме:

На память Путину: МЫ — ЖИВЫ!

Сутурин Алексей Федотович Родился 30 марта 1939 года в д. Кудрявец Авдеевского сельсовета Хвастовичского района Калужской области. Состав семьи: отец Федот Васильевич 1891 г.р. умер в мае 1946 г., мать – Варвара Никаноровна 1896 г.р. умерла в 1987 г., брат Иван 1920 г.р., в сентябре 1939 года призвался в армию, служил в Белоруссии. В июле 1942 года он был переформирован в г. Козельск. Он писал, что из подразделения их осталось 16 человек. Какое подразделение – мать мне не объяснила. Он мне был родной по отцу, его мать умерла при родах, вырастила и воспитала его моя мать, имел образование 7 классов.

Второй брат Иван 1930 г.р. умер в 1994 г., сестра Аксинья 1933 г.р., сестра Полина 1942 г.р. проживает в г. Видное Московской области.

В 1941 году в нашу деревню пришли немцы.

Читать далее...

Указ нашего президента

О ВЫПЛАТЕ ВЕТЕРАНАМ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ по 75 тыс. РУБЛЕЙ

В честь 75-летия Победы президент России Владимир Путин подписал указ о единовременной выплате участникам Великой Отечественной войны (ВОВ). Выплату получат россияне, проживающие в России, Латвии, Литве и Эстонии.

Читать далее...

Анонс

В 186-м выпуске газеты «Судьба»:
Свои, которые не предали;
Люди мира, на минуту встаньте!..
Нам не дано расчеловечиться
Судьба учёного;

Читать далее...

Люди мира, на минуту встаньте!..

Нам дороги эти позабыть нельзя

Поклонная гора (Москва) – комплекс «Партизанская поляна» и мемориал «Хацунь» (Брянская область) –  поселок Красный берег – Гомель (Беларусь). Таковы дороги, по которым недавно проследовали участники памятной акции – бывшие несовершеннолетние узники нацизма из Москвы, Подмосковья, а также ветераны армии и правоохранительных органов

Читать далее...