Уцелели в концлагерях, устояли против пандемии, готовы к новым испытаниям!

В экстремальных условиях пандемии коронавирусной инфекции Московская областная организация БМУ сумела провести важные торжества в непривычном для нас формате — дистанционно. Заранее сформировали и отправили в местные организации пакет материалов, посвящённых святым для всех нас датам — 22 июня — День начала Великой Отечественной войны и День образования Международного союза малолетних узников фашизма, 11 апреля — Международный день освобождения узников фашистских лагерей, ( мая — День Великой Победы, второе воскресенье сентября — Международный день памяти жертв фашизма.

Наш сайт публикует материалы, отправленные Советом  в местные  организации БМУ.

Список информационных материалов мероприятия 22 июня 2020 года:

  1. Программа мероприятия.
  2. Пресс-релиз мероприятия.
  3. Речь Молотова 22 июня 1941г.
  4. Обращение к народу  И.В.Сталина  3 июля 1941г.
  5. Выступление председателя МСБМУ, член-корр.РАН  Н.А.Махутова:    «22-е июня-День памяти и скорби»
  6. Выступление «22 июня 1941 г. — самый трудный день минувшей войны» — Маковский В.Б — ведущий научный сотрудник Научно-исследовательского института военной истории ВАГШ ВС РФ, к.и.н, доцент.
  7. Доклад «22 июня 1941г.»  БНУФ, подполковник Митрущенков В.Г. НКО узников фашизма г.Реутов.
  8. Проект МБОУ «Гимназия №6» г.Солнечногорск. Тема: Зверства фашистов на временно оккупированной территории.        Авторы:Климушкина Анастасия, Коверенская  Ника.                 Руководитель:Майорова Л.С.

  9.Проект школы№12 г.Балашиха: «Кремлевские и подольские курсанты: бои на дальних подступах к столице». Руководитель: Педагог Корчагина О.С

  10.Исповедь бывшего пограничника, узника Дахау и Маутхаузена — Шахова В.М. (г. Серпухов 1988г.).

  11.Открытое письмо узника Майданека О.Вишневского

12.Проект резолюции.

13.Анкета-отзыв.

Речь  наркома иностранных дел- В.М.Молотова   22 июня 1941г.
Граждане и гражданки Советского Союза!
Советское правительство и его глава товарищ Сталин поручили мне сделать следующее заявление:
Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбёжке со своих самолётов наши города — ЖитомирКиевСевастопольКаунас и некоторые другие, причём убито и ранено более двухсот человек. Налёты вражеских самолётов и артиллерийский обстрел были совершены также с румынской и финляндской территории.
Это неслыханное нападение на нашу страну является беспримерным в истории цивилизованных народов вероломством. Нападение на нашу страну произведено, несмотря на то, что между СССР и Германией заключён договор о ненападении, и Советское правительство со всей добросовестностью выполняло все условия этого договора. Нападение на нашу страну совершено, несмотря на то, что за всё время действия этого договора германское правительство ни разу не могло предъявить ни одной претензии к СССР по выполнению договора. Вся ответственность за это разбойничье нападение на Советский Союз целиком и полностью падает на германских фашистских правителей.
Уже после совершившегося нападения германский посол в Москве Шуленбург в 5 часов 30 минут утра сделал мне, как народному комиссару иностранных дел, заявление от имени своего правительства о том, что Германское правительство решило выступить с войной против Советского Союза в связи с сосредоточением частей Красной Армии у восточной германской границы.
В ответ на это мною от имени Советского правительства было заявлено, что до последней минуты Германское правительство не предъявляло никаких претензий к Советскому правительству, что Германия совершила нападение на Советский Союз, несмотря на миролюбивую позицию Советского Союза, и что тем самым фашистская Германия является нападающей стороной.
По поручению Правительства Советского Союза я должен также заявить, что ни в одном пункте наши войска и наша авиация не допустили нарушения границы и поэтому сделанное сегодня утром заявление румынского радио, что якобы советская авиация обстреляла румынские аэродромы, является сплошной ложью и провокацией. Такой же ложью и провокацией является вся сегодняшняя декларация Гитлера, пытающегося задним числом состряпать обвинительный материал насчёт несоблюдения Советским Союзом советско-германского пакта.
Теперь, когда нападение на Советский Союз уже свершилось, Советским правительством дан нашим войскам приказ — отбить разбойничье нападение и изгнать германские войска с территории нашей родины.
Эта война навязана нам не германским народом, не германскими рабочими, крестьянами и интеллигенцией, страдания которых мы хорошо понимаем, а кликой кровожадных фашистских правителей Германии, поработивших французовчеховполяковсербовНорвегиюБельгиюДаниюГолландиюГрецию и другие народы.
Правительство Советского Союза выражает непоколебимую уверенность в том, что наши доблестные армия и флот и смелые соколы Советской авиации с честью выполнят долг перед родиной, перед советским народом, и нанесут сокрушительный удар агрессору.
Не первый раз нашему народу приходится иметь дело с нападающим зазнавшимся врагом. В своё время на поход Наполеона в Россию наш народ ответил отечественной войной и Наполеон потерпел поражение, пришёл к своему краху. То же будет и с зазнавшимся Гитлером, объявившим новый поход против нашей страны. Красная Армия и весь наш народ вновь поведут победоносную отечественную войну за Родину, за честь, за свободу.
Правительство Советского Союза выражает твёрдую уверенность в том, что всё население нашей страны, все рабочие, крестьяне, интеллигенция, мужчины и женщины отнесутся с должным сознанием к своим обязанностям, к своему труду. Весь наш народ теперь должен быть сплочён и един, как никогда. Каждый из нас должен требовать от себя и от других дисциплины, организованности, самоотверженности, достойной настоящего советского патриота, чтобы обеспечить все нужды Красной Армии, флота и авиации, чтобы обеспечить победу над врагом.
Правительство призывает вас, граждане и гражданки Советского Союза, ещё теснее сплотить свои ряды вокруг нашей славной большевистской партии, вокруг нашего Советского правительства, вокруг нашего великого вождя товарища Сталина.
Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами!

Обращение Иосифа Виссарионовича Сталина к народу 3 июля 1941 Товарищи! Граждане! Братья и сестры! Бойцы нашей армии и флота! К вам обращаюсь я, друзья мои! Вероломное военное нападение гитлеровской Германии на нашу Родину, начатое 22 июня, — продолжается. Несмотря на героическое сопротивление Красной Армии, несмотря на то, что лучшие дивизии врага и лучшие части его авиации уже разбиты и нашли себе могилу на полях сражения, враг продолжает лезть вперед, бросая на фронт новые силы. Гитлеровским войскам удалось захватить Литву, значительную часть Латвии, западную часть Белоруссии, часть Западной Украины. Фашистская авиация расширяет районы действия своих бомбардировщиков, подвергая бомбардировкам Мурманск, Оршу, Могилев, Смоленск, Киев, Одессу, Севастополь. Над нашей Родиной нависла серьезная опасность.

Как могло случиться, что наша славная Красная Армия сдала фашистским войскам ряд наших городов и районов? Неужели немецко-фашистские войска в самом деле являются непобедимыми войсками, как об этом трубят неустанно фашистские хвастливые пропагандисты?

Конечно, нет! История показывает, что непобедимых армий нет и не бывало. Армию Наполеона считали непобедимой, но она была разбита попеременно русскими, английскими, немецкими войсками. Немецкую армию Вильгельма в период первой империалистической войны тоже считали непобедимой армией, но она несколько раз терпела поражения от русских и англо-французских войск и наконец была разбита англо-французскими войсками. То же самое нужно сказать о нынешней немецко-фашистской армии Гитлера. Эта армия не встречала еще серьезного сопротивления на континенте Европы. Только на нашей территории встретила она серьезное сопротивление. И если в результате этого сопротивления лучшие дивизии немецко-фашистской армии оказались разбитыми нашей Красной Армией, то это значит, что гитлеровская фашистская армия так же может быть разбита и будет разбита, как были разбиты армии Наполеона и Вильгельма.

Что касается того, что часть нашей территории оказалась все же захваченной немецко-фашистскими войсками, то это объясняется главным образом тем, что война фашистской Германии против СССР началась при выгодных условиях для немецких войск и невыгодных для советских войск. Дело в том, что войска Германии, как страны, ведущей войну, были уже целиком отмобилизованы и 170 дивизий, брошенных Германией против СССР и придвинутых к границам СССР, находились в состоянии полной готовности, ожидая лишь сигнала для выступления, тогда как советским войскам нужно было еще отмобилизоваться и придвинуться к границам. Немалое значение имело здесь и то обстоятельство, что фашистская Германия неожиданно и вероломно нарушила пакт о ненападении, заключенный в 1939 году между ней и СССР, не считаясь с тем, что она будет признана всем миром стороной нападающей. Понятно, что наша миролюбивая страна, не желая брать на себя инициативу нарушения пакта, не могла стать на путь вероломства.

Могут спросить: как могло случиться, что Советское правительство пошло на заключение пакта о ненападении с такими вероломными людьми и извергами, как Гитлер и Риббентроп? Не была ли здесь допущена со стороны Советского правительства ошибка? Конечно нет! Пакт о ненападении есть пакт о мире между двумя государствами. Именно такой пакт предложила нам Германия в 1939 году. Могло ли Советское правительство отказаться от такого предложения? Я думаю, что ни одно миролюбивое государство не может отказаться от мирного соглашения с соседней державой, если во главе этой державы стоят даже такие изверги и людоеды, как Гитлер и Риббентроп. И это, конечно, при одном непременном условии — если мирное соглашение не задевает ни прямо, ни косвенно территориальной целостности, независимости и чести миролюбивого государства. Как известно, пакт о ненападении между Германией и СССР является именно таким пактом.

Что выиграли мы, заключив с Германией пакт о ненападении? Мы обеспечили нашей стране мир в течение полутора годов и возможность подготовки своих сил для отпора, если фашистская Германия рискнула бы напасть на нашу страну вопреки пакту. Это определенный выигрыш для нас и проигрыш для фашистской Германии.

Что выиграла и что проиграла фашистская Германия, вероломно разорвав пакт и совершив нападение на СССР? Она добилась этим некоторого выигрышного положения для своих войск в течение короткого срока, но она проиграла политически, разоблачив себя в глазах всего мира как кровавого агрессора. Не может быть сомнения, что этот непродолжительный военный выигрыш для Германии является лишь эпизодом, а громадный политический выигрыш для СССР является серьезным и длительным фактором, на основе которого должны развернуться решительные военные успехи Красной Армии в войне с фашистской Германией.

Вот почему вся наша доблестная армия, весь наш доблестный военно-морской флот, все наши летчики-соколы, все народы нашей страны, все лучшие люди Европы, Америки и Азии, наконец, все лучшие люди Германии — клеймят вероломные действия германских фашистов и сочувственно относятся к Советскому правительству, одобряют поведение Советского правительства и видят, что наше дело правое, что враг будет разбит, что мы должны победить.

В силу навязанной нам войны наша страна вступила в смертельную схватку со своим злейшим и коварным врагом — германским фашизмом. Наши войска героически сражаются с врагом, вооруженным до зубов танками и авиацией. Красная Армия и Красный Флот, преодолевая многочисленные трудности, самоотверженно бьются за каждую пядь советской земли. В бой вступают главные силы Красной Армии, вооруженные тысячами танков и самолетов. Храбрость воинов Красной Армии — беспримерна. Наш отпор врагу крепнет и растет. Вместе с Красной Армией на защиту Родины поднимается весь советский народ.

Что требуется для того, чтобы ликвидировать опасность, нависшую над нашей Родиной, и какие меры нужно принять для того, чтобы разгромить врага?

Прежде всего необходимо, чтобы наши люди, советские люди, поняли всю глубину опасности, которая угрожает нашей стране, и отрешились от благодушия, от беспечности, от настроений мирного строительства, вполне понятных в довоенное время, но пагубных в настоящее время, когда война коренным образом изменила положение. Враг жесток и неумолим. Он ставит своей целью захват наших земель, политых нашим потом, захват нашего хлеба и нашей нефти, добытых нашим трудом. Он ставит своей целью восстановление власти помещиков, восстановление царизма, разрушение национальной культуры и национальной государственности русских, украинцев, белорусов, литовцев, латышей, эстонцев, узбеков, татар, молдаван, грузин, армян, азербайджанцев и других свободных народов Советского Союза, их онемечивание, их превращение в рабов немецких князей и баронов. Дело идет, таким образом, о жизни и смерти Советского государства, о жизни и смерти народов СССР, о том — быть народам Советского Союза свободными или впасть в порабощение. Нужно, чтобы советские люди поняли это и перестали быть беззаботными, чтобы они мобилизовали себя и перестроили всю свою работу на новый, военный лад, не знающий пощады врагу.

Необходимо далее, чтобы в наших рядах не было места нытикам и трусам, паникерам и дезертирам, чтобы наши люди не знали страха в борьбе и самоотверженно шли на нашу Отечественную освободительную войну против фашистских поработителей. Великий Ленин, создавший наше государство, говорил, что основным качеством советских людей должны быть храбрость, отвага, незнание страха в борьбе, готовность биться вместе с народом против врагов нашей Родины. Необходимо, чтобы это великолепное качество большевика стало достоянием миллионов и миллионов Красной Армии, нашего Красного Флота и всех народов Советского Союза.

Мы должны немедленно перестроить всю нашу работу на военный лад, все подчинив интересам фронта и задачам организации разгрома врага. Народы Советского Союза видят теперь, что германский фашизм неукротим в своей бешеной злобе и ненависти к нашей Родине, обеспечившей всем трудящимся свободный труд и благосостояние. Народы Советского Союза должны подняться на защиту своих прав, своей земли против врага.

Красная Армия, Красный Флот и все граждане Советского Союза должны отстаивать каждую пядь советской земли, драться до последней капли крови за наши города и села, проявлять смелость, инициативу и сметку, свойственные нашему народу.

Мы должны организовать всестороннюю помощь Красной Армии, обеспечить усиленное пополнение ее рядов, обеспечить ее снабжение всем необходимым, организовать быстрое продвижение транспортов с войсками и военными грузами, широкую помощь раненым.

Мы должны укрепить тыл Красной Армии, подчинив интересам этого дела всю свою работу, обеспечить усиленную работу всех предприятий, производить больше винтовок, пулеметов, орудий, патронов, снарядов, самолетов, организовать охрану заводов, электростанций, телефонной и телеграфной связи, наладить местную противовоздушную оборону.

Мы должны организовать беспощадную борьбу со всякими дезорганизаторами тыла, дезертирами, паникерами, распространителями слухов, уничтожать шпионов, диверсантов, вражеских парашютистов, оказывая во всем этом быстрое содействие нашим истребительным батальонам. Нужно иметь в виду, что враг коварен, хитер, опытен в обмане и распространении ложных слухов. Нужно учитывать все это и не поддаваться на провокации. Нужно немедленно предавать суду Военного Трибунала всех тех, кто своим паникерством и трусостью мешает делу обороны, невзирая на лица.

При вынужденном отходе частей Красной Армии нужно угонять весь подвижной железнодорожный состав, не оставлять врагу ни одного паровоза, ни одного вагона, не оставлять противнику ни килограмма хлеба, ни литра горючего. Колхозники должны угонять весь скот, хлеб сдавать под сохранность государственным органам для вывозки его в тыловые районы. Все ценное имущество, в том числе цветные металлы, хлеб и горючее, которое не может быть вывезено, должно безусловно уничтожаться.

В занятых врагом районах нужно создавать партизанские отряды, конные и пешие, создавать диверсионные группы для борьбы с частями вражеской армии, для разжигания партизанской войны всюду и везде, для взрыва мостов, дорог, порчи телефонной и телеграфной связи, поджога лесов, складов, обозов. В захваченных районах создавать невыносимые условия для врага и всех его пособников, преследовать и уничтожать их на каждом шагу, срывать все их мероприятия.

Войну с фашистской Германией нельзя считать войной обычной. Она является не только войной между двумя армиями. Она является вместе с тем великой войной всего советского народа против немецко-фашистских войск. Целью этой всенародной Отечественной войны против фашистских угнетателей является не только ликвидация опасности, нависшей над нашей страной, но и помощь всем народам Европы, стонущим под игом германского фашизма. В этой освободительной войне мы не будем одинокими. В этой великой войне мы будем иметь верных союзников в лице народов Европы и Америки, в том числе в лице германского народа, порабощенного гитлеровскими заправилами. Наша война за свободу нашего Отечества сольется с борьбой народов Европы и Америки за их независимость, за демократические свободы. Это будет единый фронт народов, стоящих за свободу, против порабощения и угрозы порабощения со стороны фашистских армий Гитлера. В этой связи историческое выступление премьера Великобритании г. Черчилля о помощи Советскому Союзу и декларация правительства США о готовности оказать помощь нашей стране, которые могут вызвать лишь чувство благодарности в сердцах народов Советского Союза, являются вполне понятными и показательными.

Товарищи! Наши силы неисчислимы. Зазнавшийся враг должен будет скоро убедиться в этом. Вместе с Красной Армией поднимаются многие тысячи рабочих, колхозников, интеллигенции на войну с напавшим врагом. Поднимутся миллионные массы нашего народа. Трудящиеся Москвы и Ленинграда уже приступили к созданию многотысячного народного ополчения на поддержку Красной Армии. В каждом городе, которому угрожает опасность нашествия врага, мы должны создать такое народное ополчение, поднять на борьбу всех трудящихся, чтобы своей грудью защищать свою свободу, свою честь, свою Родину в нашей Отечественной войне с германским фашизмом.

В целях быстрой мобилизации всех сил народов СССР, для проведения отпора врагу, вероломно напавшему на нашу Родину, создан Государственный Комитет Обороны, в руках которого теперь сосредоточена вся полнота власти в государстве. Государственный Комитет Обороны приступил к своей работе и призывает весь народ сплотиться вокруг партии Ленина — Сталина, вокруг Советского правительства для самоотверженной поддержки Красной Армии и Красного Флота, для разгрома врага, для победы.

Все наши силы — на поддержку нашей героической Красной Армии, нашего славного Красного Флота! Все силы народа — на разгром врага! Вперед, за нашу победу!

       

Маковский Валерий Борисович – ведущий научный сотрудник Научно-исследовательского института военной истории ВАГШ ВС РФ, кандидат исторических наук, доцент

22 июня 1941 г. – самый трудный день минувшей войны

Реализация плана «Барбаросса» началась 22 июня 1941 г. Основные удары вермахта были направлены на Ленинград, Москву и Киев. На каждом направлении сосредоточивались усилия одной из групп армий. Развернутые в Восточной Пруссии войска группы армий «Север» наступали на Ленинград. Они должны были уничтожить советские войска в Прибалтике, захватить порты на Балтийском море и Северо-Западные районы СССР. Во взаимодействии с этой группой армий несколько позднее предстояло действовать немецкой армии «Норвегия» и Карельской армии финнов, имеющих задачу овладения Мурманском.

В Москву первые сообщения о вторжении поступили от пограничников. «Наступление по всему фронту. Части погранохраны ведут бой… – докладывало командование белостокского пограничного участка в Главное управление пограничных войск, – немцы наступают Кретинга… Белосток.»[i]. Одновременно подобную информацию получил из западных приграничных округов и Генеральный штаб. Около 4 часов утра его начальник генерал Г.К. Жуков доложил И.В. Сталину о случившемся.

Только через полтора часа после вторжения войск вермахта на советскую территорию посол Германии в СССР Ф. Шуленбург прибыл к народному комиссару иностранных дел В.М. Молотову и передал ему официальную ноту своего правительства[ii]. Однако, даже получив официальный документ из германского посольства, И.В. Сталин никак не мог до конца поверить, что это война. Он потребовал от наркома обороны маршала С.К. Тимошенко и начальника Генерального штаба генерала Г.К. Жукова, чтобы те немедленно разобрались, не провокация ли это немецких генералов, а войскам приказал отдать распоряжение границу до особого указания не переходить[iii].

Вся страна узнала о нападении Германии только в 12 часов дня из обращения по радио заместителя Председателя Совета народных комиссаров, наркома иностранных дел В.М. Молотов. Вслед за выступлением В.М. Молотова Президиум Верховного Совета СССР принял ряд указов, направленных на мобилизацию всех сил государства для отражения нападения, а также для обеспечения внутри страны общественного порядка и государственной безопасности: «Об объявлении с 23 июня мобилизации на территории 14 военных округов»; «О введении в отдельных местностях СССР военного положения»[iv].

Удар для войск западных приграничных округов явился полной неожиданностью. К подобному развитию событий они не были готовы. Не ожидали этого удара и советские пограничники, которые первыми встали на пути немецких войск. Противник рассчитывал за короткое время смять пограничные заставы, но ему это не удалось. Пограничники стояли насмерть. В крайне невыгодных условиях пришлось начать боевые действия соединениям и частям прикрытия западных приграничных округов. Заранее не приведенные в боевую готовность, они не смогли оказать должного отпора врагу. Еще в половине второго ночи 22 июня штабы приграничных военных округов получили директиву наркома обороны № 1 о том, что 22 или 23 июня возможно нападение на страну Вооруженных сил Германии. Но этот документ не давал разрешения на ввод в действие плана прикрытия госграницы в полном объеме, поскольку предписывал лишь «не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения…»[v].

Штабы армий, получив окружные директивы за несколько минут до начала войны, до 5–6 часов утра доводили это распоряжение до подчиненных соединений и частей. Поэтому лишь некоторые из них были своевременно приведены в боевую готовность. Сигналом боевой тревоги большинству из них послужили первые разрывы артиллерийских снарядов и авиационных бомб противника. Командующие 3-й и 4-й армиями Западного особого военного округа успели отдать командирам соединений только некоторые предварительные распоряжения. В штабе 10-й армии директива была получена уже после начала военных действий[vi]. Причин было несколько. В ночь на 22 июня во всей приграничной полосе в результате действий диверсионных групп противника была в значительной степени нарушена проводная связь в звене армия – корпус – дивизия[vii]. Отсутствие заранее отработанных документов по скрытому управлению войсками, низкая обеспеченность штабов радиосредствами, а также радиобоязнь приводили к тому, что этот вид связи ими практически не использовался.

Бывший начальник штаба 11-й армии Северо-Западного фронта[viii] генерал И.Т. Шлемин отмечал: «22 июня во второй половине дня с округом прервалась проводная и радиосвязь. Найти округ было невозможно… Штаб округа, получая по радио шифротелеграммы от армии, полагал, что шифровки идут от противника, и, боясь выдать свой замысел и свое местонахождение, решил не отвечать на запросы армии»[ix]. В результате первых массированных ударов авиации противника по местам дислокации войск было уничтожено большое количество средств связи и транспорта. Уже в первые часы войны командующий 3-й армией генерал В.И. Кузнецов докладывал в штаб Западного фронта: «Проводная связь с частями нарушена, радиосвязь до 8 часов не установлена»[x]. Аналогичное положение наблюдалось и в штабе 14-го механизированного корпуса. Позднее его командир генерал С.И. Оборин также сообщал в штаб Западного фронта: «Батальон связи на 70% погиб 22 июня 1941 г. утром во время бомбардировки города Кобрина. Штаб 14-го мехкорпуса остался в составе 20% штатного количества»[xi].

Не имея точной информации от войск о развитии событий, командиры и штабы, оказались не в состоянии оценить всю серьезность создавшейся обстановки. Установка Наркома обороны в его директиве № 1 «не поддаваться ни на какие провокации» по-прежнему продолжала действовать, что ограничивало решительные действия командиров соединений и частей армий прикрытия. Так, командующий 3-й армией докладывал в штаб Западного фронта: «Авиация противника бомбит Гродно, жду распоряжений генерала Павлова… Артиллерийско-пулеметная стрельба со стороны немцев… Жду указаний»[xii]. Практически то же самое отмечал командир 11-го стрелкового корпуса 8-й армии Северо-Западного фронта генерал М.С. Шумилов: «Война началась в 4.00… мной немедленно было доложено командующему 8-й армией… Получил приказ: «Огня не открывать, на провокацию не поддаваться»[xiii]. Но войска без приказа открыли ответный огонь.

Трудновосполнимые потери от авиационных ударов противника понесла армейская авиация, уничтоженная в большинстве своем на аэродромах. Массированным ее налетам подверглись 66 аэродромов, где дислоцировались наиболее боеспособные авиационные полки западных приграничных округов[xiv]. В результате советская авиация потеряла за этот день свыше 1200 самолетов.

С первых часов войны противник, воспользовавшись практически полным отсутствием зенитных средств в войсковых подразделениях ПВО, обеспечил себе полное господство в воздухе. Командир 3-го механизированного корпуса генерал А.В. Куркин в одном из донесений командующему 8-й армией Северо-Западного фронта отмечал: «…Нет нашей авиации. Противник все время бомбит»[xv].

Поднятые по тревоге войска западных приграничных военных округов стремились выйти в свои районы прикрытия, но, не имея сведений об обстановке, не зная, что происходит на границе, еще в походных порядках подвергались ударам немецкой авиации и его наземных войск. Даже еще не вступив в соприкосновение с противником, они несли огромные потери. По этому поводу командующий 3-й танковой группой генерал Г. Гот в отчетном документе указывал: «Не было никаких признаков целеустремленного и планового управления войсками противника в целом. Непосредственное управление войсками отличалось малоподвижностью, схематичностью… Ни один советский войсковой начальник не принимал самостоятельного решения уничтожать переправы и мосты»[xvi].

О сложности первого дня войны свидетельствуют немногочисленные документы. Так, командующий Северо-Западным фронтом генерал Ф.И. Кузнецов докладывал маршалу С.К. Тимошенко: «Крупные силы танков и моторизованных частей прорываются на Друскеники.128-я стрелковая дивизия большей частью окружена, точных сведений о ее состоянии нет… Создать группировку для ликвидации прорыва не могу. Прошу помочь»[xvii]. Начальник оперативного управления Западного фронта генерал И.И. Семенов сообщал в Генеральный штаб: «По всей границе ружейно-пулеметный и артиллерийский огонь… Проводной связи с армиями не имеем»[xviii]. Некоторые соединения и части фронта уже в эти первые часы вели боевые действия в окружении, связь с ними установить не удавалось. Тем не менее командиры всех степеней и в этих тяжелейших условиях выводили подчиненные им соединения и части в свои районы прикрытия. Всего на прикрытие границы 22 июня были выведены в основном на флангах советско-германского фронта 14 дивизий из 57 запланированных соединений первого эшелона[xix]. Они вступали в бой с ходу, вели оборону в широких полосах, в одноэшелонных боевых порядках, порой на не оборудованной в инженерном отношении местности.

На основании донесений штабов Северо-Западного и Западного фронтов, не вполне представляя себе реально складывающуюся обстановку, нарком обороны и начальник Генерального штаба сделали заключение, что в основном бои ведутся вблизи границы. В то время их больше всего беспокоило положение на гродненском направлении, где уже наблюдался глубокий охват белостокского выступа с севера. Из-за дезориентирующих докладов штаба Западного фронта нарком обороны и начальник Генерального штаба явно недооценили мощную группировку противника, наносившую удар из района Бреста.

Пытаясь переломить ход событий и полагая, что для ответного удара сил вполне достаточно, Главное Командование в 21 час 15 минут направило командующим войсками Северо-Западного, Западного, Юго-Западного и Южного фронтов директиву № 3, в которой требовало нанести мощные контрудары по вторгшимся группировкам врага[xx]. Однако, нацеливая их на разгром вражеских группировок, представлявших наибольшую опасность в полосе каждого фронта, Генеральный штаб не учел трудности, которые возникнут у командования фронтов при организации и подготовке ударов по врагу в течение одной ночи. Реальная обстановка, которая сложилась к исходу первого дня войны на всем советско-германском фронте, оказалась гораздо сложнее, чем это было известно военно-политическому руководству страны. Поэтому требования Главного Командования были уже не реальны, так как не отвечали быстро изменявшейся обстановке.

А в это время все более критическим становилось положение войск Западного фронта: «Противник, обойдя правый фланг армии, наносит удар на лидском направлении… – докладывал командующий 3-й армии генерал Кузнецов в штаб фронта, – мы никаких резервов не имеем, и парировать удар нечем»[xxi]. К исходу первого дня войны войска Северо-Западного, Западного и Юго-Западных фронтов под неослабевавшим натиском врага вынуждены были отступать, ведя арьергардные бои.По-иному происходили события 22 июня на флангах советско-германского фронта, где противник активности не проявлял или действовал ограниченными силами. Это позволило советским войскам, действовавшим в сравнительно спокойной обстановке, выдвинуться к границе и занять рубежи обороны согласно планам прикрытия.

В целом к концу первого дня военных действий на западном направлении для Красной армии сложилась крайне тяжелая обстановка. Противник упредил соединения и части прикрытия в занятии оборонительных полос и рубежей. К исходу дня передовые отряды немецких 2-й и 3-й танковых групп вклинились в оборону советских войск на глубину 60 км. Тем самым они начали охватывать с севера и юга основные силы Западного фронта и создали благоприятные условия для своих войск, действовавших на других направлениях.

Так заканчивался первый день войны. Под натиском превосходивших сил врага советские войска с тяжелыми боями отступали в глубь страны. Впереди у них была еще целая война, которая продолжалась 1418 дней и ночей.


[i] АФСБ РФ. Ф. 3. Оп. 8. Д. 1712. Л. 250.

[ii] АВП РФ. Ф. 06. Оп. 3. П. 1. Д. 5. Л. 12 – 15.

[iii] ЦАМО РФ. Ф. 132а. Оп. 2642. Д. 41. Л. 1, 2.

[iv] ЦАМО РФ. Ф. 8. Оп. 2729. Д. 4. Л. 1, 2; Газета «Правда». 1941. 23 июня.

[v] ЦАМО РФ. Ф. 208. Оп. 2513. Д. 71. Л. 69.

[vi] Там же. Ф. 208. Оп. 2511. Д. 206. Л. 2.

[vii] Христофоров В.С. Первые дни войны по документам Центрального архива ФСБ России. Испытание. Т. VII. М.: 2011. С. 169, 170.

[viii] В период с 22 по 24 июня 1941 г. На базе приграничных военных округов были созданы Северо-Западный, Западный, Юго-Западный, Северный и Южный фронты.

[ix] ЦАМО РФ. Ф. 15. Оп. 977441. Д. 2. Л. 478.

[x] Там же. Ф. 208. Оп.3038. Д. 12. Л. 2.

[xi] Там же. Оп. 2511. Д. 36. Л. 13.

[xii] Там же. Д. 195. Л. 7.

[xiii] Там же. Ф. 15. Oп. 977441. Д. 2. Л. 469.

[xiv] Там же. Ф. 15. Oп. 881474. Д. 5. Л. 97; Das Deutsche Reich und der Zweite Weltkrig. Band 4. Deutsche Verlags – anstalt. Stuttgart. 1983. S. 652, 653.

[xv] ЦАМО РФ. Ф. 344. Oп. 5564. Д. 1. Л. 77.

[xvi] Там же. Ф. 500. Оп. 12478. Д. 231. Л. 5 – 7.

[xvii] Там же. Ф. 221. Оп. 1394. Д. 23. Л. 123, 124.

[xviii] Там же. Ф. 208. Оп. 2454. Д. 26. Л. 85, 86.

[xix] Гареев М.А. Неоднозначные страницы войны. М.: 1995. С. 139.

[xx] ЦАМО РФ. Ф. 48а. Оп. 1554. Д. 90. Л. 260 – 262.

[xxi] Там же. Ф. 208. Оп. 3038. Д. 15. Л. 12.

Доклад В.Г.Митрущенкова:

1941 г.

22 июня 1941 года фашистская Германия без предъявления каких-либо претензий, без объявления войны вероломно нарушила договор о ненападении между Германией и Советским Союзом от 23 августа 1939 года. Немецко-фашистские войска внезапно вторглись на территорию СССР и атаковали все наши приграничные районы. На стороне фашистской Германии выступили также Италия, Румыния, Финляндия, Венгрия, Австрия.

       Великая Отечественная война Советского Союза 1941-1945 годов, которую навязала нам Германия — это была война советского народа против наиболее реакционной ударной силы империализма-гитлеровского фашизма. В Великой Отечественной войне решалась судьба не только народов Советского Союза, но и народов всей Европы и мира. Это была война двух противоположных систем-ударными силами империализма и социализма.

        18 Декабря 1940 года Гитлер подписал директиву № 21  — план «Барбаросса». Он предусматривал:уничтожить первое в мире социалистическое  государство, захватить Москву и Ленинград и стереть их с лица земли;

захватить Киев, Донбасс, Сталинград, Кавказ и выйти на линию Архангельск-Волга и полностью в молниеносной войне разгромить Советский Союз, а также захватить территорию и богатства нашей страны;

уничтожить наш общественный и политический строй;

уничтожить от 146,7 млн советских людей до 160,7 млн — оставить только от 50 до 100 млн человек в качестве рабов;

Для выполнения этого зловещего плана Гитлером было брошено против СССР 190 общевойсковых дивизий, 19 танковых и 14 моторизованных дивизий, 4300 танков, 47 000 орудий и миномётов, 5000 самолётов, 190 боевых кораблей и 5 500 000 личного состава.

         Численность советских вооружённых сил в июне 41 года была также значительная, но враг имел превосходство на направлениях главных ударов в 3-4 раза, а также фактор внезапного нападения и опыт ведения 2-летней войны в Европе по её порабощению.

        А у нас силы и средства были рассредоточены по широкому фронту от Баренцева моря до Чёрного, и мы ещё вынуждены были держать большие силы и средства на Дальнем Востоке против одномиллионной, квантунской, японской армии, несмотря на то,что наш легендарный разведчик Рихард Зорге сообщал, что Япония не готова к войне с СССР.

      В 12 часов 22 июня 41 года по поручению политбюро ЦК ВКП(б) и советского правительства с заявлением выступил по радио нарком иностранных дел В.М. Молотов, в нём указывалось, что нападение гитлеровской Германии на СССР явилось беспримерным в истории народов вероломством.

       В этом заявлении компартия большевиков и советское правительство призвали советский народ дать отпор врагу и выразили твёрдую уверенность в победе над ним, заканчивая словами: «Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами».

        В это грозное время для советской Родины коммунистическая партия большевиков и советского правительства, руководствуясь  учением В.И. Ленина « О защите социалистического Отечества»,приняли ряд чрезвычайных мер по мобилизации всех ресурсов страны для отражения агрессии и перестройки жизни страны на военный лад.

        Эти меры, программа были изложены в выступлении по радио генерального секретаря ВКП(б) И.В. Сталина.

       22 июня Президиум Верховного Совета  СССР объявил о всеобщей мобилизации военнообязанных 1905-1918 годов рождения (к 1.07 было мобилизовано 5,3 млн ). и о введении военного положения в ряде пограничных западных областей страны и был создан ряд военных округов. Было создано народное ополчение. По решению политбюро ЦК ВКПБ 30 июня 41 года был образован чрезвычайный орган-ГКО во главе с И.В.Сталиным.

       23 июня была создана ставка ВГК. С 19 июля И.В.Сталин назначен наркомом обороны, а с 8 августа — Верховным Главнокомандующим Вооруженных сил СССР.

        24 июня принято постановление о создании совета по эвакуации(его возглавил Шверник)

        18 июля ЦК ВКП(б) принял постановление «Об организации партизанской борьбы в тылу германских войск». Несмотря на то,что немецко-фашистским войскам за 3 недели войны удалось продвинуться в глубь страны от 300 до 600 км, ни внезапность нападения, ни мощные внезапные удары врага, ни наше отступление не смогли сломить волю советского народа и нашей Красной Армии к сопротивлению. Неувядаемой славой покрыли себя защитники Брестской крепости, защитники военно-морской базы Лиепайя и Таллина.

         Большое внимание в партии и советского правительства уделяли внешней политике. Особую роль в этом сыграла Московская Конференция в укреплении и создании Антигитлеровской коалиции 3 великих держав-СССР, Англии и США по мобилизации ресурсов коалиции на разгром тройственного союза Италии,Германии и Японии.

         Летом и осенью 41 года советские воины с беспримерным мужеством сражались с врагом, проявляя стойкость и героизм, они ложились под танки со связками гранат, закрывали своей грудью амбразуры вражеских дотов, совершали воздушные и наземные(огненные) тараны, они нанесли огромный урон врагу и сорвали немецко-фашистский план быстрого,молниеносного разгрома Советского Союза.

       Разгром немецко-фашистских войск под Москвой-это их первое крупное поражение во второй Мировой войне(разгром немцев под Москвой и 5-6 декабря 41 года — контр-наступление). Красная Армия сорвала немецко-фашистский план Блицкрига и развеяла миф о непобедимости гитлеровской армии.

        После Сталинградской битвы (август 1942 по февраль 1943) стратегическая инициатива окончательно перешла к Красной Армии, а в результате Курской битвы (5 июля — 23 августа 43 года) — германские ВС и сама Германия оказались перед катастрофой. После этой битвы немецко-фашистское командование постоянно отступало под натиском Красной Армии. С немецкой пунктуальностью на картах и на местностях выравнивали линию фронта до самых Бранденбургских ворот и до Рейхстага, а потом подписание 9 мая 45 года  Акта о безоговорочной капитуляции и расплата (20 ноября 45 года — 1 октября 46 года-Международный Нюрнбергский трибунал).

         Дорогой ценой досталась нам победа, чтоб уничтожить фашистскую нечисть — чуму первой половины 20 столетия. Погибло   27 млн человек.

         Родина высоко оценила подвиги советских воинов. Свыше 7 млн советских воинов были награждены орденами и медалями. 11603 человек стали Героями Советского Союза, 115 из них получили это звание дважды, а Г.К.Жуков, Кожедуб и Покрышкин-трижды.

       Все народы мира  в неоплатном долгу нам-всем народам Советского Союза за разгром фашизма, а мы-дети, сыновья, внуки — должны помнить своих освободителей и гордиться их подвигом.

        И.В.Сталин символично издал приказ 22 июня 45 года ровно в день, когда 4 года назад 22 июня 41 года в день нападения фашистской Германии на СССР о проведении парада Победы 24 июня 45 года. Парадом командовал К.К.Рокоссовский, принимал парад Г.К.Жуков.

      22 июня-день Памяти и Скорби. Вечная слава Героям.!

Бывший несовершеннолетний узник фашистских концлагерей, подполковник                                      /МитрущенковВ.Г./

Проект школы№12 г.Балашиха: «Кремлевские и подольские курсанты:бои на дальних подступах к столице». Руководитель: Педагог Корчагина О.С

Текст к презентации проекта, посвященного 75-летию Победы советского народа над немецко-фашистскими захватчиками:

«Кремлевские и подольские курсанты: бои на дальних подступах к столице».

  1. Ранним  воскресным утром  22 июня 1941 года фашистская Германия и ее союзники обрушили на нашу страну удар невиданной силы.
  • Началась Великая Отечественная война, война  нашей Родины против немецко-фашистских захватчиков.
  • Эта война  длилась 1418 дней и ночей. Эта война каждые 6 секунд  уносила  одну жизнь, каждую минуту – жизни  10 человек, каждый час погибали 588 человек. Ежедневно на полях брани, в застенках гестапо, концлагерях  от бомб и снарядов  погибали 14тысяч 104 человека…
  • Несмотря на героизм советских солдат и офицеров,  в первые дни и недели войны, остановить врага не удавалось. До последнего сражались  герои пограничники, бились насмерть с врагом защитники Минска, Одессы, Киева, Ленинграда, Керчи, Тулы, Смоленска, Мурманска…
  • 6 октября 1941 года был сформирован полк Московского командного училища имени Верховного Совета РСФСР. Полк подняли по тревоге. 85 километровый марш-бросок под проливным дождем, через 36 часов курсанты заняли отведенных им участок обороны вдоль реки Лама в Волоколамском районе Московской области.
  • Учебная рота кремлевских курсантов шла на фронт. ТОои дело над колонной появлялись «юнкерсы». Рота приникала к раздетой ноябрем земле, все падали лицом вниз… Когда смерть пролетала мимо, кто-то кричал  по- мальчишески  звонко и радостно…
  • Спустя месяц этим же путем они возвращались, теряя своих товарищей в кровопролитных боях с гитлеровцами. Кремлевским курсантам удалось задержать на этой дороге врага на два месяца. Это время и станет роковым для  армий Вермахта.
  • Кремлёвские курсанты  выдержали натиск врага. В боях героически погибли 67 курсантов. В последнем сражении с фашистами погибли 815 кремлевских курсантов.  Кремлевским курсантам, защищавшим Москву, довелось стоять насмерть,  перед  числено превосходящими силами и в разгар золотой осени, и в лютую зимнюю  стужу.
  •  Они сражались с врагами с 6 октября  по 6 декабря 1941 года. Подвиг кремлевцев настолько велик, что ему отдали дань уважения даже враги. В этот же период времени  большая часть «кремлевцев» была переведена в Подольское пехотное училище. Они тоже шли на фронт в составе сводного полка подольских курсантов защищать столицу на Можайском направлении.  Подольским курсантам поставили задачу: задержать врага на Ильинском направлении на 5-7 дней, пока не будут переброшены резервы.
  1. Судьба этих двух курсантских полков была похожа в одном: в неравных боях с превосходящими силами врагов они прославятся, но судьба большинства курсантов не вернувшихся  с полей брани останется неизвестной.
  1.  Патроны, гранаты, паек на три дня, винтовки – вот снаряжение курсантов. Курсанты выдвигались с собственными учебными орудиями, в дело пошли даже пушки времен русско-турецкой воны 1877-1878 годов.
  1. Передовой отряд подольских курсантов добрался  до Юхнова, тот уже был занят фашистами. Первый бой состоялся вечером 6 ноября,  на берегу реки Угры. Курсанты бились вместе с батальоном  десантников. Потери были большими, только треть курсантов оставалась в строю. Но, вместе с десантниками,  они уничтожили до 20 танков, около 10 броневиков, вывели из строя несколько сотен фашистов.
  1. После пяти дней боев, истратив почти все боеприпасы, передовой отряд курсантов отошел на Ильинские рубежи.
  1. На Ильинском рубеже курсанты устанавливали орудия в дотах. Однако, никакой маскировки не было. Доты были как на ладони.
  1.  11 октября немцы приступили к штурму Ильинского рубежа. Противник активно применял авиацию и артиллерию, после чего переходил в атаку. Однако все попытки прорыва  были отбиты курсантами. Ситуация повторилась и на следующий день.
  1.  Особенно отличились  курсанты  4 батареи лейтенанта Афанасия Ивановича  Алешкина. Его дот фашисты прозвали «оживающим дотом». Немцы видели, как внутри  его взрывались снаряды, ничего живого не должно было остаться, но…
  1. 17 октября позиции Ильинских рубежей, после упорных  боев, массового героизма защитников, были захвачены фашистами. Уцелевшие курсанты отошли и еще двое суток отчаянно оборонялись. Немцы снова были лишены возможности перебрасывать подкрепление и  боеприпасы своим передовым частям.
  1.  19 октября немцы окружили курсантов, но те сумели вырваться. Вечером был получен приказ: отходить на рубежи для соединения с основными силами. 25 октября оставшиеся в живых курсанты были вывезены в тыл.
  1. Первая линия обороны кремлевских курсантов – братская могила в селе Ярополец, здесь захоронены 815 курсантов, 574 – неопознаны. Вторая линия обороны – деревня Ботово.  В братской могиле лежат останки  388  кремлевцев. Опознано только 139 останков. (Солнечногорский район Московская область).
  •  Сотни кремлевских курсантов отдали свои жизни, чтобы наступление основных сил Красной армии стало возможным. 83 из них награждены орденами и медалями за бои под Москвой, двое представлены  к награде посмертно.
  •  На Ильинских рубежах навсегда остались 2500 тысячи курсантов подольских училищ.  Но встреча с  «красными юнкерами» дорого обошлась немцам. Фашисты потеряли 100 танков и свыше 5 тысяч солдат и офицеров. За жизни Подольских курсантов фашисты заплатили  дорогую цену.
  •  Война закончилась  75 лет назад, зарастают травой братские могилы, но память о героях, жизни  положивших на алтарь Великой Победы, должна остаться в наших сердцах на века.

В День Памяти и Скорби наш народ   вспоминает всех тех, кто погиб за свободу и независимость нашей Родины, защищая ее от несметных полчищ  врагов.

Исповедь бывшего пограничника Шахова Василия Михайловича,  принявшего первый бой 22.06.41 г. в местечке Августово.,участника антинацистского сопротивления БСВ,узника фашистских концлагерей Дахау и Маутхаузен.

       По поводу статьи в газете «Известия» от 21 августа 1987, Е.Максимовой «Живым и мёртвым».

        Уважаемые товарищи!   Великая Отечественная война застала меня в Августовском пограничном отряде, начальником которого был майор Г.К.Здорков.

22 июня 1941 года. Светало. Было около 4-х часов утра,вражеская артиллерия обрушила свои снаряды на Августово, затем последовала бомбёжка города с воздуха. Пограничная зона заполыхала заревом пожаров и раскатами взрывов. Немцы хотели взять Августово с хода,но пограничники и воинские подразделения,находившиеся в городе,открыли по ним ураганный огонь. Бои продолжались в течении нескольких часов. Враг с ожесточением атаковал наши позиции,но все их попытки ворваться в Августово были отбиты. Стойко,мужественно сражались пограничники. Многие был ранены,но оставались в бою. Стояли на смерть. Но удержать фашистов были не в силах. Только получив приказ-начать отход,под ударами артиллерии и авиации и под давлением превосходящих вражеских сил,пограничники оставили свои позиции. В  Августово остались навечно лежать,наспех похороненные,убитые наши товарищи.

В этой ожесточённой,первой схватке с врагом  41 года,они были первыми «пропавшими без вести». До самого конца войны и всю свою жизнь я вспоминал их с чувством вины невиновной.

        У Граева снова состоялся бой с фашистами,и снова убитые,раненные… И снова отступление. Уже двое суток,без еды и сна, оступаем. Давно кончились патроны,но оружия мы не бросили.

        Обойдя нашу группу, враг захватил Гродно,Волоковыск… В районе Слоним нас, отступающих, враг решил уничтожить. Окружив в болотистом месте,начал поливать свинцовым огнём и бомбёжкой с воздуха. Это варварское уничтожение людей длилось более часа. Многие остались навечно лежать в тех болотах     «неизвестными»,» пропавшими без вести». Оставшиеся в живых,пытались пробраться лесами и болотами к фронту. А где фронт? Взяты Барановичи, Минск…Около 2 месяцев нам пришлось скитаться по белорусским лесам. Изредка выходили к селениям, чтобы попросить еды. Многие раненные, голодные, уставшие, еле державшиеся на ногах шли на восток, в надежде соединиться с регулярными частями Красной Армии и сражаться с врагом. У нас была одна мысль, одно желание-выйти из окружения и продолжать борьбу. Был пасмурный, августовский вечер. Я и мои два спутника, выходя из леса,напоролись на засаду и были взяты в плен.

       Небольшой, с обугленными и разбитыми домами,городишко у старой границы. Сюда пригнали нас на сборочный пункт. Отсюда начались мои мытарства по лагерям военнопленных-Волоковыск, Остров-Мозавецкий, Моосбург, а затем концлагеря Дахау и Маутхаузен.

        Плен-это человеческая трагедия. Конечно,наверное, было бы лучше быть убитым или застрелиться самому. Но у меня не было для этого последнего патрона. Они все были использованы в схватке с врагом.

       Да, плен-это тяжёлое человеческое испытание. Не все смогли его вынести. Одни умерли от голода, изнурительной работы,побоев и издевательств, другие подались к власовцам. Но многие выдержали, помогая друг другу, нашли способ борьбы с врагом и в плену. Об этом хорошо, правдиво рассказано в книге Бродского «Они не пропали без вести», изданной в издательстве «Мысль»,1987 года. В этой книге Ефим Аронович рассказывает о большой и разветвлённой подпольной патриотической организации советских военнопленных- «Братское сотрудничество военнопленных»(БСВ), которая действовала на юге Германии. Об этой организации Вальтер Ульбрихт писал:

  • «К концу 1943 г.,когда деятельность АНФ и БСВ достигла своей высшей точки,советские офицеры имели организацию сопротивления, распространившуюся на всю южную Германию, от Карлсруэ до Вены, к которой примыкали несколько тысяч по-военному организованных и частично вооружённых приверженцев».

        Однако мужественные приготовления участников БСВ потерпели неудачу, так как гестаповцам удалось проникнуть во все ряды. Начались аресты, жестокие пытки. Около 300 человек,советских военнопленных оказались арестованными и отправлены в концлагерь Дахау, где продолжались допросы и пытки.

        4 сентября 1944 года 92 активных участника БСВ в концлагере Дахау былы расстреляны, а остальных отправили в концлагерь Маутхаузен с памяткой «HAL»,что означало «Возвращению не подлежит».

        Немногие из них остались в живых. Своей борьбой, своей стойкостью и любовью к Родине, они пережили, перенесли пытки Дахау и Маутхаузена, они заслужили оправдание. Но, вернувшись на Родину,они получили клеймо «военнопленный»,   и это клеймо закрыло им доступ на работу по свое профессии, в учебные учреждения, в общественную жизнь страны…Некоторым из них пришлось побывать и там в «отдалённых местах», где были и власовцы. Только у тех был срок, а эти без срока.

       В августе 1987 года я был на шевченковской земле-в Черкассах. Встретился со своими товарищами по БСВ, пережившими ад Дахау и Маутхаузена, с Покотило Е.Н. и Скиртачем В.С. Е.Н. Покотило начал войну, также как и я, на границе. Пережил горечь отступления и плена. А вернувшись на Родину-косой взгляд, как на неприкаянного. Но кто виноват, что он оказался в плену? Почему ему позорно пришлось отступать, хоронить убитых товарищей и оставлять раненых в белорусских селениях?  Почему?    Он же стойко,честно воевал на границе. Почему нас, пограничников, начавших первыми сражение с врагом, не поддержали танками, артиллерией, самолётами? Почему нам один на один пришлось сражаться с вооружёнными до зубов фашистами?

       А это горестное отступление, так было хаотично, не организовано. Связи нет, снарядов нет, патронов нет, продовольствия нет…Не было среди  нас ни полковников, ни генералов. Я, например, их не видел. Укатили. Пограничники стойко встретили врага на границе и дрались с ним ожесточённо. Ждали поддержки регулярных частей, но они так и не появились.

      Бездарные маршалы и генералы сдали нас в плен. Я не побоюсь сказать:ни Кулик, ни Мехлис,ни другие находившиеся в то время на высоких армейских должностях, не соответствовали своему назначению. Советские военнопленные 1941 года-следствие трагедии 1938 года. Да, мы получили медали и книжки участника войны. Но прежние обиды, полученные по возвращению на Родину, не зажили. А иногда больно отзываешься на сказанное- «Мы воевали, а вы отсиживались». И как же можно было всех военнопленных приписывать к сдавшимся?! Ведь можно было разобраться с каждым, почему он оказался в плену. Не мы не сдались, а нас сдали. А потом честно, справедливо признать этого не хотели. Да и как можно признать свои ошибки?! Были сдавшиеся, как были и раненые-выставившие руку или зад из

окопа, были и тыловики, не нюхавшие пороха, а грудь сумели обвешать медалями,  были и дезертиры. Но таких были единицы, а в основном были честные, преданные Родине люди. Мы очень переживали и переживаем сейчас-плен.

       Некоторые советуют бывшим военнопленным не выступать перед молодыми, не говорить о плене. Можно ли было в плену совершить героическое? Что может сказать бывший военнопленный?? Героическое совершали и советские военнопленные. Вспомните:восстание зимой 1945 в концлагере Маутхаузене, гибель 92-х в Дахау,  героический подвиг Н.Чубакова в Дахау, бунт артиллеристов в моосбургском лагере военнопленных, подвиги генерала Д.Карбышева,  М Девятаева.

       Есть, что сказать. Есть! Я часто выступаю перед нашей молодёжью, рассказываю о сражении на границе, о горестном отступлении. О фашизме и концлагерях, о злодеяниях нацистов. На своих жизненных примерах стараюсь показать войну и фашизм не с фасада, а то, что было за этим фасадом. Наша молодёжь это слушает и понимает. Да, мы не должны, не можем забыть и умалчивать ни первые дни войны,ни плен, ни фашизм со своими концлагерями. С болью читал письмо 17летней Галины в «Неделе» от 31 августа 1987 года:

-«…зачем сегодня поднимать со дна истории всё осевшее,чтобы русский подсознательно ненавидел немца только за то,что тот-немец?»

        Нет, для нас немцы, немецкая нация, это не одно и то же, что фашизм и нацизм. Это должна знать и наша молодёжь. Дружба с немецким народом у нас зародилась в совместной борьбе против фашизма и нацизм, эта дружба поддерживается и сейчас. Но нельзя замалчивать возрождение фашизма и национализма в капиталистических странах и проявление националистических выходок в нашей стране. Нужно говорить о прошлом фашизма, чтобы разоблачать его настоящее. Мы не должны, не можем забыть и умалчивать о том,что сделал фашизм со своим народом, с народом Европы и советским народом. Мы должны помнить июнь 1941 года. Победа в мае 1945 года началась на границе 1941 года.

      Спасибо Э.Максимовой за её правдивый очерк «Живым и мёртвым».

      Спасибо писателю В.Кондратьеву за поддержку бывших военнопленных. Доброе имя погибших и оказавшихся в плену должно быть восстановлено.

       «…Как можно требовать огульного презрения ко всем, кто попал в плен в результате постигших нас в начале войны катастроф?»-спрашивал в своё время Г.К.Жуков. Необходим законодательный акт,  который недвусмысленно говорил бы: пропавшие без вести-погибли в боях за Родину, попавшие в плен-воевали за неё.

     22 июня считать днём памяти, всех кто погиб за Родину, -погиб на границе,на фронте, в тылу, в блокаде, в партизанах, при бомбёжке,     в военнопленных и концентрационных фашистских лагерях. Вечная память им!

Шахов.В.М., 2087г.

Открытое письмо узника Майданека О.Вишневского

Я ШЁПОТОМ ПРОИЗНОШУ СВОЙ ГОРЬКИЙ И БЕСКОНЕЧНО ПЕЧАЛЬНЫЙ ТОСТ

Открытое письмо бывшего несовершенно­ летнего узника фашизма О.М. ВИШНЕВСКО­ ГО из Брянска участнику Великой Отечественной войны П.Н. МОТОРОВУ из Уфы.

Уважаемый Петр Николаевич!

Получив это письмо, Вы, несомненно, удивитесь, так как никогда и ни по какому поводу не обращались ко мне. Поэтому разрешите объяснить все по порядку.

Вскоре после встречи в Киеве 22 июня 1988 года, оставшейся в сознании и в душе каждого участвовавшего в ней замечательным солнечным праздником, совет нашего Союза получил копию письма, с которым Вы обратились в ЦК КПСС, жалуясь на «потерявших стыд и совесть бывших малолетних узников». Дескать, они, бывшие малолетние узники, «требуют к себе если и не особого, то повышенного внимания, помощи государства, поддержки общества. А по какому, собственно праву? О каких, извините, не оплаченных нами, фронтовиками, долгах идет речь? Когда они возникли? Кто кого, в конце концов, освобождал: мы — узников или узники — нас? От­ куда у людей, спасенных Советской Армией, эта вызывающая нескромность, это невообразимое самомнение: видите ли, мы тоже герои? Растолкуйте мне, непонятливому, в чем тут дело».

Поскольку нас, узников, попросили высказать свое отношение к Вашему письму, решено было подготовить ·не только сугубо общий ответ — в ЦК КПСС, но и ответ сугубо индивидуальный — заявителю. Дабы он знал, что мы думаем по поводу поднятых им вопросов. Индивидуальный ответ поручили составить мне. Что я ‘и сделал, хотя без удовольствия. Ибо, какая радость вспоминать то, от чего до сих пор ноет, болит сердце, лишая покоя и сна, забирая силы и нервы, укорачивая жизнь?

Начать хотел бы с короткой справки о себе. За колючую проволоку попал в возрасте пяти лет. Как член семьи подпольщика. Крематорного дыма жирного и черного нахлебался в Майданеке. Из четырех членов нашей семьи ныне на свете остался я один. Воспитывался в спец детдоме (спецдома создавались для ребятишек, потерявших в войну родителей — то ли на фронте, то ли в подполье, то ли в партизанском лесу). Хлеб свой зарабатывал всегда честно. С малолетства. Зарабатывал тяжко. Потом и кровью. Рубцы мозолей не сходили с ладоней, всегда темных от въевшегося металла. К горлопанам, нахалам, прохвостам и лжецам отношусь с величайшим презрением. И презрение мое активно-наступательное, «негодующее».

До армии вкалывал на заводе — почтовом ящике. Токарил, слесарил, фрезеровал. Мои­ ми учителями были высококлассные мастера — люди рабочей косточки. Они же наставляли уму-разуму. Настойчиво повторяли: пуще смерти бойся неправды и малодушной готовности торговать собственной совестью. Даже за большие деньги. Наказ этот запомнил на всю жизнь. Оказавшись в армии, свыше четырех месяцев провел на целине (Павлодарская область, 1956 год). На уборке зерновых был помощником комбайнера, на подъеме зяби — трактористом (знай себе, дергаешь веревку или трос, чтобы вовремя поднимались или опускались лемеха плуга). Конечно, далеко не всем, с кем призывался в армию, повезло так, как мне. Иные сложили голову в Венгрии. Иные попали в Корею, во Вьетнам, а позже — в Чехословакию, Афгани­ стан, в африканские страны. Их, между прочим, (говорю о прозывавшихся в армию вместе со мной) вспоминали столь же редко и неохотно, как и нас, узников. А почему? Да потому, что власть была виновата перед ними, только не хотела признаваться в этом.

Скажите откровенно: часто ли Вы думали о нас, узниках, прежде? Наверняка нет. Потому что в Советском Союзе не принято было думать о ребятишках-концлагерниках. Нас как бы не существовало в реальной жизни. Номинально, чисто внешне. Ведь согласиться с тем, что мы существовали, значило представить страну в невыгодном, дурном свете. А мы, привыкшие и приученные к тому, что государственная витрина всегда должна выглядеть о’кей, без единого пятнышка, пуще смерти боялись этого. Так что сами понимаете …

Известно, что важнейшей обязанностью государства, подвергшегося агрессии (сошлемся хотя бы на действующую во всем мире 4-ю Гаагскую конвенцию о законах и обычаях сухопутной войны от 18 октября 1907 г.), является защита мирного населения от агрессора. Известны и неписаные пращуровские нормы поведения на сей счет. Испокон веков высшее свое предназначение воины видели в том, чтобы отстаивать родной очаг, оборонять отечество, уберегать от расправы и поругания женщин, детей, стариков, сохранять им жизнь.

Вы, Петр Николаевич, пишите, что являетесь боевым офицером. Указываете, что имеете награды, что на войне были от звонка до звонка. Почему же ни Вы, ни Ваши товарищи, ни Красная Армия в целом не защитили, не спасли нас тогда, в горьком и тяжком сорок первом? Почему бросили на произвол судьбы, а по сути — сдали врагу?

Согласен, не все в истории минувшей войны просто и однозначно. Нельзя не учитывать и так называемых объективных причин, и так называемых привходящих обстоятельств. Мы с вами наслышаны (и не только наслышаны) о них. Например, о царивших в стране шапкозакидательских настроениях накануне катастрофы, о поспешных, неумелых и в конечном итоге преступных действиях родного правительства, бессмысленно подставившего под страшный и беспощадный удар врага собственную армию. Но в данном случае я веду речь о другом.

Воин земли русской, если случалось, что он не мог, не в состоянии был защитить отчую землю, оградить ее от посягательств супостата, уберечь от неволи, от насилия чадушек-детушек, женщин-сестричек, бабушек-дедушек, страдал, казнился душой, каялся, замаливал свой великий грех перед людьми и Богом в церквях и монастырях. А Вы? Вы стыдите и обвиняете. И кого? Нас, сопливых концлагерников, как будто не страна, не ее армия, а мы сами виноваты в том, что оказались за колючей проволокой концлагерей. Странно, непонятно это. Или Вы не со­ гласны со мной?

На встрече в Киеве приводился такой факт (пример). Из каждых десяти брошенных в бараки Майданека и Освенцима ребятишек — моих сверстников и земляков, девять были уничтожены, превратились в крематорский пепел, которым удобряли поля для выращивания высокосортной овощной продукции, и лишь один уцелел, остался в живых. Вдумаемся в леденящий мозги душу смысл сказанного. Из каждых десяти детей девять уничтожались и сжигались. Безжалостно, без разбора!

Разумеется, в трагедии ребятишек в первую очередь повинны гитлеровские изверги. Будь они прокляты и на этом и на том свете. Но разве нет никакой вины в случившемся и тех взрослых дядь, и теть из нашего дорогого отечества, которые допустили возможность жуткого фашистского пиршества за столом с изысканными витаминными кушаньями?

Знакомый фронтовик, знавший о каннибальской статистике уничтожения детей в Майданеке и Освенциме, сказал у нас на собрании:

«Простите, милые чадушки. Не уберегли мы вас, хоть и бились с лютым врагом не на живот, а на смерть. Простите, если можете».

По-моему, это реакция нормального человека. С трепетной душой. С талантом совести. Всю правду о минувшей войне мы не знаем. И, наверно, никогда не узнаем. Многие существенные подробности стерлись в памяти, потускнели с годами, многие документальные свидетельства бесследно исчезли или были сознательно уничтожены. Тем не менее, уверен в одном: люди с обостренным нравственным чувством ни за что и ни при каких обстоятельствах не простят правителям СССР их пренебрежения к личному горю граждан. К трагедии народа. К потерям, которым несть числа.

Я долго размышлял над тем, что означала для народа, для страны, для всех нас гибель девяти из каждых десяти оказавшихся в замкнутом концлагерном пространстве детишек.  Причем, не просто детишек, а — юных граждан. Членов семей патриотов. Малышек с ответственным отношением к себе и к другим. Здесь можно заметить, что «просто таю» в концлагерь не по­ падали. Это право нужно было «заслужить». Прежде всего, борьбой с оккупантами. Недаром детишек из семей партизан и подпольщиков фашисты называли «политическими противниками рейха». И соответствующим образом относились к ним. Так вот вывод, к которому я пришел, весьма неутешителен. В концлагерях погибла, как мне кажется, лучшая, наиболее активная, сознательная и неравнодушная часть нашей молодежи — подрастающего поколения.

А страна научилась жить без них. Будто и не ощущая, что ее ранили в самое сердце. Но кто знает: может, вся наша история пошла бы по другому пути, если бы они, погибшие, остались в живых.

Да, Петр Николаевич, Вы освободили меня из гитлеровского плена, спасли от гибели, от уничтожения.  то верно, то верно. Я восхищен совершенным Вами воинским подвигом и бесконечно благодарен за него. Но будем помнить и o том, что из каждого десятка моих товарищей­ солагерников девять навечно остались там, на чужбине, на капустных и морковных делянках и грядках, превратились в пепел, в тлен, удобрения, смешались с землей. Они и песен своих не допели, и взрослых дел своих не совершили, и любви своей не дождались, и рода своего не продолжили. Я, их ровесник, чувствую огромную невольную вину перед ними, как будто отнял у них право жить на свете. Дышать, творить, видеть солнце, воспитывать детей и внуков. Что же должны испытывать взрослые, не сумевшие помочь, оградить, отвести беду!

Да, Ваш вклад в Победу неоценим. Как и вклад каждого бойца и командира Красной Армии. Этого также никто не отрицает, и никогда не будет отрицать. Но ведь и мы, жители оккупированных территорий, в том числе желторотая пацанва, не отсиживались по погребам и подвалам, ожидая, когда нас освободят. По призыву вождя в вооруженную борьбу с оккупантами включились мои родители, мой старший брат. Выбранную нами дорогу прошли до конца. Даже во время карательных экспедиций, отстав от партизан, продолжали маневрировать, кружить по лесу, чем приковывали к себе значительные силы врага. Подобное было и в концлагерях, где нас охраняли солдаты из отборных эсэсовских частей. Естественно, на фронт их не отправляли. Значит, и в неволе мы помогали родной армии. Так что Ваше замечание насчет нескромности узников (тоже мне нашлись ге­ рои!) некорректно, неуместно и глубоко оскорбительно.

Да, лично у меня все в жизни сложилось нормально. Получил образование, приобрел инженерную специальность. Являясь военным пенсионером, продолжаю трудиться «на гражданке». Материально более или менее обеспечен. Занимаю с семьей благоустроенную квартиру. Собрал обширную библиотеку — фамильную гордость. В общем, серьезных жалоб нет. Но ведь подавляющее большинство моих товарищей по несчастью не имеют, и никогда уже не будут иметь того, чем располагаю я. Жертвы царивших в государстве и обществе диких предубеждений (раз был в гитлеровском концлагере — значит, изменник, немецкий прихвостень и шпион), — они остались на обочине жизни, а то и на ее задворках, так и не реализовав себя как личности. 94 процента узников (пользуюсь данными социологического исследования, проведенного нами в конце восьмидесятых) — без образования. Многие по причинам чисто психологическим и медицинским — без семьи. Каждая третья-четвертая женщина — без детей. Почти все узники испытывают материальные трудности, а некоторые — лишения. Разлажена эмоциональная сфера. Почти у всех проблемы со здоровьем (сердце, желудок, легкие, почки, печень). Средняя продолжительность жизни узников ниже, чем прочих граждан. Задумайтесь, Петр Николаевич, над всем этим.

Помнится, в 1960 году, вскоре после окончания Саратовского училища химических войск, я, находясь в командировке в Москве, показал принимавшему меня в медицинской службе тыла Вооруженных Сил СССР майору, невесть каким образом сохранившийся среди личных бумаг, список ребятузников, которых перед отправкой на Родину лечили (восстанавливали) в эвакогоспитале № 275, находившемся в польском городе Згеж.

— Ну и что? — повертев в руках документ, скучающе спросил майор. — Что вы хотите?

-Как что?! — воскликнул я, пораженный не­ догадливостью майора. — Эти исторические странички нужно передать в военно-медицинский музей.

— А зачем?

Майора явно не интересовал список. Зато его интересовало другое: почему я, узник Майданека, остался в живых, тогда как большинство моих товарищей погибли?

Признаюсь, чтение Вашего, Петр Николаевич, письма вызвало в душе те же чувства (горечи, боли, досады), которые владели мною тогда, во время беседы с майором в Москве. Только в гораздо более острой форме. Ведь твердолобый и бездушный майор лишь возражал, когда я предложил использовать в музее сохранившиеся документы. Вяло, пассивно этому сопротивлялся. Вы же активно наступаете, ищите сторонников, пытаетесь вызвать возмущение нами других. Мол, смотрите, какие они, эти узники.

Между тем осуждать нужно не нас, а тех, кто вопреки законам логики, морали и трезвому расчету вовлек нас в борьбу с оккупантами, а после, использовав, выкинул за ненадобностью на помойку. Оказавшись в лапах врага, мы оказались вне заботы и внимания Родины. От нас отвернулись, нас постарались поскорее забыть, нас позорно предали. О какой же «Пламенной любви» к властям можно после этого говорить?! Смешно.

К сожалению, советским руководителям — отцам нации и государства — было чуждо христианское сострадание к сирым, больным и несчастным. Даже когда им напоминали об их долге, они притворялись, что ничего не понимают.

А что, если бы также повели себя в годы войны наши родители, наши старшие братья и сёстры? Что было бы тогда?

Молчите?..  То-то и оно. Так что вопрос об

оплате долгов бывшим узникам не надуманный, а продиктованный самой жизнью. Он должен быть решен ради торжества исторической справедливости. И, конечно, ради милосердия к по­ страдавшим.

Наше фактическое участие в борьбе с наглым завоевателем, в изгнании его с родной земли до­ казано нашими делами, нашими жизнями, на­ шей кровью. Поэтому мы, никогда не смиримся с пренебрежительным отношением к себе, с нарушением норм справедливости и морали, с торгашеским подходом к определению того, чьи заслуги перед Родиной важнее и весомее. Будем помнить: жить в концлагере или в гестаповском застенке под неотступным страхом пыток, под страхом пыток или казни, куда труднее, чем просто погибнуть. Даже на поле боя. Или Вы и с этим не согласны?

Как мы знаем, в сердце бессмертного Тиля пепел сожженного инквизицией отца стучал и днем, и ночью. Стучал всегда. Тиль боролся за счастье своего народа. И силы его крепли.

Я спрашиваю себя: неужели пепел тысяч сожженных юных граждан из СССР никогда не будет стучать в сердца их соотечественников? Неужели он останется лишь отвлеченным понятием? Впрочем, это уже патетика. А она, мне кажется, органически чужда Вам. В самых разных ее проявлениях.

Я, молча, поднимаю чарку в память обо всех погибших в годы войны. И шепотом произношу свой тост. Бесконечно горький и невыразимо печальный.

Чокаться, Петр Николаевич, естественно, не будем.

Газета «Судьба»

26 ноября 1999 года.

Олег Михайлович ВИШНЕВСКИЙ,

умер в 1993 году.

Письмо передано в редакцию газеты «Судьба» вдовой О.М. Вишневского — Валентиной Дмитриевной Вишневской.

 Анкета

1.Напишите ваше мнение по проведению в дистанционном формате  конференции, посвященной  «22-е  июня..День  памяти и скорби» в период пандемии коронавируса.

2.Как вы оцениваете материалы в пакете информационных материалов?

3. Что Вы можете сказать об Обращении И.В.Сталина к народу 3июля 1941г.?

4.Что вы можете сказать о Исповеди бывшего пограничника, узника концлагерей Дахау и Маутхаузена Шахова В.М.?

5.Что вы можете сказать о  докладе ИВИ Минобороны?

6.Как вы сможете использовать информационные материалы?

7, Как вы оцениваете проект школы №12 «Кремлевские и подольские курсанты:бои на дальних подступах к столице»»

8.Как вы оцениваете исследовательский проект  Гимназии №6 г.Солнечногорск? 

9.Вы поддерживаете Резолюцию   конференции «22-е июня. День памяти и скорби»?

10.Доклад «22июня 1941г» полковника Митрущенкова В.Г. как вы оцениваете?

11.Вы можете написать, что   вы помните как  прошел для вас день 22-е июня 1941 года для вас лично?

Другие статьи по теме:

ОО ТОЕБЦ «Хасдэй Нэшама» — Пурим 5780

В день славного Пурима искренне поздравляем всех евреев и желаем всегда находить спасение для своей души, верить в чудо и удачу, поступать так, как велит ваше доброе сердце, беречь крепкую дружбу, поддержку и взаимопонимание, любить жизнь как высшую ценность!

Читать далее...

В детском приюте

С рождественскими и новогодними подарками побывали ветераны Бурятской республиканской общественной организации «Боевое братство».

Читать далее...

В Смоленске высадили рябиновую аллею в память о малолетних узниках концлагерей

Сегодня, 7 мая, в смоленском Парке Пионеров прошёл митинг, посвящённый высадке деревьев в память о малолетних узниках фашистских концлагерей. В мероприятие принял участие губернатор Смоленской области Алексей Островский.

Читать далее...

Информационная справка к Международному дню освобождения узников фашистских лагерей

По состоянию на 20.03.2019 в Санкт-Петербурге проживает 8,4 тыс. бывших несовершеннолетних узников концлагерей, гетто и других мест принудительного содержания, созданных фашистами и их союзниками в период Второй мировой войны.

Читать далее...

Узникам фашизма — вторую пенсию!

Направленное Вами обращение Председателя Общественной организации бывших малолетних узников фашистских концлагерей города Санкт –Петербурга Г.Л.Карасёвой со статьёй «Законодательству не противоречит. Коррупции не обнаружено» (поступившее из Управления Президента Российской Федерации по работе с обращениями граждан и организаций) рассмотрено.

Читать далее...